— Ничего, просто стойте и не двигайтесь. Возможно, будет больно. Но придётся потерпеть.

— Я готов, — решительно кивнул Роман Викторович.

Моя рука коснулась ауры.

— Прикройте глаза, — велел я.

Граф доверился и закрыл глаза. А это дорогого стоило. Ведь он не знал наверняка, можно ли мне доверять… Я мог достать клинок, и всё — нет графа. Но что-то в моих словах задело его до глубины души, и он послушался.

Пальцы вытянулись и приобрели демонические очертания. Убрать договор мог только демон, человеческая часть меня была неспособна это сделать.

— Тьма тьмущая, скажи мне кто тысячу лет назад, что я буду человеку помогать… убил бы его! — причитал демон. — А потом…

— Говори, что делать, — перебил я тираду

— Да выдерни ты эту пометку и всё, дело с концами!

У него всегда на словах всё просто. А вот на деле иногда оказывается иначе.

Когти коснулись символов, и те загорелись красным. Лицо графа скривилось, но он стоически терпел.

Я сгрёб все символы в охапку и вырвал из его ауры, точно сорняк. Сжал в кулаке. И аура моего демона их поглотила. Всё же не стоит разбазаривать энергию, пусть даже эти крохи души, что несут в себе договор.

Сейчас я забрал у Романа Викторовича примерно три дня его жизни, не больше. Теперь на нём нет демонической метки, и его душа останется с ним до самого конца.

Рука приняла человеческие очертания, и я сказал:

— Готово, можете открывать глаза.

Первое, что граф сделал, это посмотрел на свои руки. Не знаю, что он хотел там увидеть.

— Вы как-то чувствуете разницу? — поинтересовался я.

— Да. На душе появилась невероятная лёгкость. Та чистота, какая была до договора.

Такое мог заметить только по-настоящему сильный маг.

Я улыбнулся и кивнул.

— Надеюсь, вы понимаете, что произошедшее здесь должно остаться только между нами? — строго спросил я.

— Конечно… Александр, я вам жизнью обязан.

— Вы мне ничего не должны. Живите и любите дочь.

И я не врал. Больше от Романа Викторовича мне ничего не нужно.

— Вы слишком добры для аристократа, — я впервые увидел, как некромант искренне улыбается. — Запомните, если вам или вашей семье когда-либо понадобится помощь, вы можете обратиться ко мне или моим потомкам.

Я кивнул.

Это было серьёзное заявление. Граф внесёт клятву предо мной в родовую книгу, и не сомневаюсь — его дети также выполнят свой долг. Такие обещания в среде аристократов давались крайне редко. Это считалось высшей благодарностью… Дороже денег.

Отказываться от подобного считалось оскорбительно, но я не собирался. Я помогал Роману Викторовичу в первую очередь ради Алисы и не мог предположить, что мне настолько повезёт.