Если меня здесь приняли за демона войны, то и воевать надо как демон, а для этого, навести побольше красоты…

Не оглядываясь назад, я выбежал из погреба и выхватил из подсумка на разгрузке, сигнальный патрон. РСП-30 красного огня. Скрутив крышку, направил в небо и потянул шнурок. Шипящий хлопок и вот уже ракета усвистывает в небо, где взрывается и красным светлячком опускается вниз. Откинув отработавший тубус в сторону, тут же достаю дымы. Это уже для понижения морали противника.

Есть у меня парочка очень неприятных вещей, которыми мы выкуривали особо плотно засевших негодяев. РДГ-2Ч называется. Сразу сдергиваю крышки с обоих сторон, одновременно с двух дымов. Чиркаю по спичечным головкам и откидываю их в разные стороны. Вот теперь, можно и пострелять. Красный маячок над головой, клубы вырывающегося густого черного дыма и стрельба. Что может быть лучше? Конечно же взрывы!

Направляясь к первой толпе легионеров, что прижали к стене отбивающуюся группу местных защитничков, на ходу выхватываю из подсумков гранаты. Благо, что РГД-5. Разогнув усики, сдергиваю предохранительные чеки. Без лишнего удержания, кидаю подарки в толпу легионеров, сразу после того, как скобы активной чеки отлетают с тихим хлопком в стороны. Я уже понял, что местные не особо знакомы с огнестрелом, так что падать от гранаты никто не будет. Скорее всего ее просто не заметят, а зря.

Пока есть время, перехватываю автомат и отбегаю в сторону. Меня обнаружили. Из группы легионеров выделилась парочка ребят, что погнались за мною и тут же упали. Упали, потому что в толпе произошли два взрыва, практически одновременно. Кого не убило, того ранило, кого не ранило, того контузило. Оборонявшихся тоже задело, но в договоре ничего не было на счет их целостности. Я их спас? Спас. Дальше их проблемы.

— Дядя Женя ты был прав… в аду мы внатуре лучшие, — веселился я, воспринимая все происходящее, как свою собственную пытку. Я нырял в клубы дыма, что заполонил весь внутренний двор и теперь просачивался в караульные помещения.

Легионеры, дезориентированные дымом и грохотом, то и дело выскакивали мне на встречу. Кого-то я встречал пинком и выстрелом в грудь. Кто-то умудрялся даже махнуть мечом, но тут же нарывался на выстрел в голову в упор. Я работал автоматом как коротким копьем. Старался максимально близко подвести его к телу противника и нажать на спуск. Нападавших не спасала ни броня, ни щиты.

Вскоре стало понятно мое полное превосходство над местными солдафонами. Их учили строевому бою, но в россыпи, они не могли ничего изобразить, так что с крайним, попавшимся мне в дыму, я справился в рукопашную. На его выпад с уколом, я лишь шагнул в сторону от удара и перехватив его за кисть, пнул в выступившую вперед ногу. Парнишка, совсем молодой, лет семнадцати, не смог удержаться и рухнул на землю, где я прижал его своим коленом, попросту присев на него сверху. Выхватив меч из его руки, без тени сомнения вонзил его прямо в глотку. Все-таки хорошие у них клинки. Для такого боя на короткой дистанции самое то.