— И что делать? — нервно спросил Карниэль.
Кларисса пожала плечами:
— Уверена, со временем Магарыч придет в норму. Знаете, что самое сложное? Заставить его спокойно сидеть в посольстве. А то он сначала побегает, а потом лежит пластом два-три дня.
Дознавательница добавила это на случай, если лорды Аринские успели получить другую информацию или, чего доброго, столкнуться с Магарычем.
Вскоре выяснилось, что Кларисса могла не волноваться: Рагон и Карниэль не стали подвергать ее слова сомнению, а принялись ворчать, что-де Магариэн так всегда. А еще он обожает притворяться, что все в порядке, когда нет — они подобного навидались! Говорил, в основном, Рагон, а Карниэль смотрел на него и кивал.
К тому моменту, как к ним наконец подошли конвойные, лорды успели пересказать Клариссе три байки времен юности лорда Магарыча.
Дознавательница подумала, что он еще хорошо держится. Если бы у Клариссы были сестры, рассказывающие что-то подобное про нее, она начала бы с того, что вычеркнула их из завещания.
— Пройдемте, леди Шар-Трени, — отвлек ее конвойный. — Пятнадцать минут с лордом Иниусом Офейли, больше не положено по протоколу…
— Думаю, мне хватит и пяти, — фыркнула дознавательница. — А лорды Рагон и Карниэль?
— Не положено, — твердо ответил конвойный. — Они могут подождать здесь.
Кларисса взглянула на лордов — разочарования на их лицах как-то не наблюдалось. Их вполне устраивало предложение подождать в коридоре, да и саму ее тоже. Для чего, спрашивается, ей вести их в камеру? Кларисса уже сделала все, что собиралась — завела беседу про Магарыча и Аринский кристалл. Теперь можно было заняться другими делами.
Кивнув лордам, она пошла за конвойным. Тот отвел ее в комнату для свиданий — узкую, длинную, с решеткой посередине. Защитного плетения вокруг было столько, что Кларисса, кажется, ощущала его даже без фейской пыльцы.
Гнусный культист ждал Клариссу с другой стороны решетки. За время заключения он, кажется, слегка растерял жирок, но приятнее от этого не стал.
— Не буду тратить ваше время, лорд Иниус. Мне нужна информация насчет ваших культистов. На что вы готовы ее обменять? Сразу говорю, что я не смогу повлиять на ваш будущий срок и не стану делать ничего противозаконного. Предлагайте.
Культист поскреб подбородок. Он не был фанатиком, как покойный Дормагаст, и почти не выделывался, соглашаясь сотрудничать. С Клариссы он затребовал передачку, и даже не стал настаивать на включении туда запрещенных предметов.
В качестве ответной любезности он опознал дракона, отравленного грибами: тот был культистом, завербованным Дормагастом.