— Так, все ясно, Татьяна Степановна! Вы испытываете какие-то сексуальные чувства? — спросил вдруг мужик.
— Нет, господин! — четко отрапортовала женщина.
— Возможно, сосковое напряжение или жар в нижней части конечностей?
— Нет, господин.
— Ага, значит, шлепки по заднице не являются видом интимных ласк. Тогда почему на меня завели уголовку после воспитательной работы с той школьницей? Заговоры, везде шпионы! — поправив очки, сказал дядька. Дамочка разогнулась и застыла с каменным видом, как солдат на почетном посту.
Я взглянул на странного мужика, который ко всему прочему еще извращенец. Стало ясно, что охрана тупо ошиблась. Меня доставили не к директору, а к местному… Кем может быть такой фрик? Да плевать! Главное, поскорее свалить.
— Ученик! Нарушитель! Вот ты и попался, голубчик! — довольно произнес незнакомец, хищно меня рассматривая.
— Что? Я тебе не голубчик! Мне к директору надо! Меня там должны наказать… В смысле, не в этом плане. Вот же черт, занесло меня в задницу, — протараторил, отступая к двери.
— Стой, школяр! Не беги! Я и есть директор сего заведения. Генитальный… ой, гениальный мастер перевоспитания трудных подростков Роман Иваныч Литвинов! Об этом знает каждая сука!
— Да, господин!
— Замолчите, Татьяна Степановна! У меня сейчас важная экзекуция…
Глава 14
Разорви меня рагс на миллионы молекул! Это ж полная дурка. Он на всю голову двинутый. И эта его… отшлепанная секретутка. Хотя, она вполне аппетитная, если так посмотреть.
Как в такой серьезной тюрьмой руководит этот олух? Хотя… все очень просто. Гопота, слащавые выскочки, малолетние стервы и весь другой сброд. Нормальный человек с ними тупо не справится.
Здесь нужен такой кадр, которому наплевать. Так что все очень даже логично. Но мне такая логика ни к чему. Не зря говорила охрана, что встречи с местным директором мало кто может выдержать.
— А, то есть так? — хмыкнул, глядя на недоумка. — Тогда я прибыл по адресу.
— Конечно, мой дорогой нарушитель! Сейчас мы будем тебя воспитывать. И поверь мне, это будет яркая встреча. Татьяна Степановна знает.
— Да, господин.
— Закройся уже! Вот уродка. Вымахала под два метра, еще возбухает. Ненавижу высоких женщин. Они все поклонницы дьявола.
— Эээ, господин, Роман Иванович, — осторожно произнес я. — А как насчет меня?
— А, да конечно! Я ж тебя вызвал. Садись!
Предвкушая жуткую вакханалию, я медленно подошел к столу, и уселся напротив директора. Тот занял свое место, уставившись на меня косыми глазами, сквозь толстые очки стекол.
— Значит ты побил моих воспитанников? Признавайся, чертов служитель чертей! — вскрикнул он.