– Или чтоб родители раньше времени не пронюхали и палки в колеса не начали ставить, – предположил лейтенант. – Они в Питере живут, занимаются бизнесом. В соцсетях ведут аккаунты, рекламу публикуют, так что если бы фото всплыли, легко могли узнать о новой пассии.

– Теперь соцсети Кучерова, – все еще обмахиваясь, продолжил Лемешко. – Все в том же стиле. Про себя любимого. С друзьями ничего интересного, хотя смотрел бегло. У Веткиной тоже одни розовые сопли, о женихе упоминает туманно: типа счастлива, и все такое. И фотографии те же самые.

– А у Милены Сойл что с соцсетями?

– Ну вы даете, блин! Еще и эту работу за вас работать? Вообще обнаглели! Просили вскрыть мобилу Кучерова и все! Я и так больше, чем надо, сделал!

– Ладно, Лемешко, не кипешуй! Я просто так спросил. Милену мы сами окучивать будем, – усмехнулся Сапожков.

– Да окучивайте кого хотите! – окончательно рассердился тот. – Я свою задачу выполнил, а ваши рассуждения мне без надобности. Телефон с распечатками оставляю и иду на обед с роскошным десертом. Комментарии по теме оставьте при себе.

С этими словами Лемешко тяжело поднялся и потопал к двери. Сапожков взял телефон и начал просматривать снимки.

– Не сейчас, – остановил его капитан. – Поехали к Милене Сойл. По дороге посмотрим ее страничку в соцсетях и проверим, подписан ли на нее Кучеров.

– А к Самсону этому?

– Он никуда не денется.

Дома Милену Сойл они не застали, но, приложив чуточку усилий, обнаружили ее в салоне красоты.

Девица оказалась ничуть не хуже Лизы Веткиной, но гораздо шикарнее. Сразу видно, что росла не во саду ли в огороде, а в столицах.

Глядя на нее, Сапожков сразу подумал, что такая хищница съест любого, кто посмеет ее обидеть.

Вопросу о Кучерове Милена сначала удивилась, потом, узнав о его смерти, немного поморгала, якобы прогоняя непрошеные слезы, а когда дошло до переписки и ее угрозах, стала все отрицать. Дескать, со Стасом не виделась после приезда, не звонила, не писала и вообще не имеет к этому никакого отношения. На предъявленную запись с возмущением заявила, что не понимает, зачем он ей это написал. Наверное, по ошибке. На своем телефоне его сообщение она сразу удалила – не хотела, чтобы эти глупости увидел ее молодой человек.

Когда добрались до алиби на время убийства, Милена сказала, что провела вечер с любимым, но при этом нервничала и косила в сторону.

Скоро выяснилось почему. Ее приятель был женат.

– Он собирается разводиться. Жена хочет обвинить его в измене и под эту сурдинку оттяпать больше, чем полагается. Информация о нашей связи может всплыть в суде, поэтому я не хотела бы его вмешивать.