Это было логично. Однако Милена нервничала гораздо больше, чем полагается человеку с чистой совестью, укрепляя в полицейских мысль о своей виновности.

Установить, кто именно является ее любовником, особого труда не составило. Бойфрендом оказался пятидесятилетний управляющий банком, кроме жены имеющий троих детей.

Согласившись на приватную беседу, алиби Милены – при условии, что информация не дойдет до жены, – он подтвердил, но его клятвенные заверения тоже не вызвали доверия. Было очевидно, что банкир врет, как дышит. Милене, кстати, тоже. Ни о каком разводе и речи не шло. В семье у него все было в шоколаде, а любовницу – по его же словам – банкир содержал, потому что так положено. Статус обязывает.

Стало очевидно, что алиби Сойл не выдерживает никакой критики. Хотя опровергнуть его не удалось, – больше в субботний вечер ни Милена, ни ее дружок нигде не засветились, а банкирская жена вообще была у родителей, – решили копать под красотку-модель, и полицейские с жаром принялись за дело.

А на следующий день прибавилась еще одна тема: из сейфа в личном кабинете Кучерова пропала приличная сумма нерусских денег. Доступ в кабинет имели многие, но лишь один мог знать шифр – заместитель Кучерова Олег Пономарев.

На допросе он все отрицал, но как-то неубедительно. При обыске денег у него не нашли, но Пономарев стал подозреваемым номер два.

Между делом выяснили, что на рабочий телефон Кучерову действительно звонила какая-то женщина, но была ли это Милена Сойл, неизвестно. Она не представилась, просто сказала, что Стас будет рад ее звонку.

Сотрудники фирмы также вспомнили, что вечером в пятницу, накануне убийства, к Стасу приходила Елизавета Веткина. Они пробыли в кабинете несколько минут и уехали вместе.

О приходе Лизы полицейские уже знали от нее самой, а за звонок уцепились. Именно это они и предполагали. Милена наверняка добивалась возобновления отношений с Кучеровым и решила расправиться с бывшим любовником, получив отказ.

Все складывалось не в пользу Сойл, да и Пономарев вел себя все подозрительней.

Правда, следов яда, которым был отравлен Кучеров, не нашли ни у кого из подозреваемых. Но тут надо учитывать, что преступление готовилось не один день, к тому же оба были достаточно умны, чтобы продумать все детали.

Каждый день приносил в клювике новые данные.

Старый друг Кучерова, художник Георгий Гольц, подтвердил, что Стас с Миленой расстались плохо. Ловелас Кучеров бросил девушку, когда Милена меньше всего была к этому готова, – она только что сделала аборт, – и Сойл не простила. Угрожала ли она бывшему любовнику? Да, и не раз. Милена – девушка экспрессивная. Могла ли она отравить Стаса? Этого он утверждать не может, но не раз замечал у нее вспышки неуправляемого гнева, хотя расчётливость тоже была ей свойственна. Встречались ли они со Стасом после ее возвращения? Точно известно только, что Кучеров ходил на показ с участием Сойл со своей новой девушкой. Знала ли Веткина о Милене? Вряд ли, но даже если бы знала, не посмела бы ревновать или упрекать. Лиза держалась за Стаса двумя руками и ни за что не стала бы рисковать своим положением.