— Откупиться хочет, — переговаривались люди. — Думает, что этими железками хорошее отношение к себе вернет. Как будто роботы заменят погибших… Что же этот мажор не вышел к нам сейчас, раз он такой герой? Что же не попытался отправдаться или хотя бы попросить прощения у людей?

Дмитрий действительно не воспользовался приглашением Полковника выступить перед народом. Несмотря на то, что ему впервые выдалась возможность рассказать свою историю самому, Лесков посчитал, что люди все равно будут продолжать его ненавидеть. Так какой смысл устраивать эту показуху?

В чем-то он заблуждался. После слов Полковника о том, что Лесков сам вызвался помочь, некоторые стали чуть менее категоричны на его счет. Кто-то и вовсе начал задумываться о том, почему же «процветающий» не сбежал вместе с остальными.

Что касается самого Дмитрия, то сейчас его больше беспокоила предстоящая вылазка. С каждым разом подниматься на поверхность становилось все рискованнее, и он уже откровенно опасался, что первый попавшийся робот немедленно откроет по нему огонь. С минуты на минуту «процветающие» могли исправить свое упущение, и Дмитрий решил, что это будет последний раз, когда он поднимается на поверхность в одиночку.

Иван разделял его тревогу. Как только он узнал, что Лесков является «неприкосновенным», то идея наловить как можно больше железяк казалась ему отличной. Разве что поначалу Бехтерев был уверен, что на поверхность Дима поднимется только один раз, никак не шесть. Сейчас же ситуация напоминала игру в русскую рулетку, где с каждым кругом в револьвер добавлялся еще один патрон.

— Завязывай с этим дерьмом! — воскликнул Иван, заметив, что Дмитрий снова начал готовиться к вылазке. — Не ходи, слышишь! «Процветающие» тоже не идиоты, чтобы до сих пор не допереть, что происходит с их «консервами».

— Хочешь вместо меня идти? — спросил Дмитрий, неспешно завязывая галстук. Он словно предчувствовал плохое, поэтому нарочно тянул время.

— Да я бы пошел, только не вместо тебя, а как раньше все ходили. Почему ты один должен башку подставлять? И чего от тебя хочет «Полковник»? Он что, не читал гребаную сказку о золотой рыбке? Нельзя вот так вот нарываться! Пусть сам валит на поверхность, раз ему роботов не хватает.

— Дим, серьезно, не ходи, — Рома тоже не смог молча наблюдать за действиями своего друга. Все это время работая в госпитале, он чувствовал себя виноватым за то, что теперь за него рискует Дмитрий. А ведь он, Рома, даже не пытался подняться на поверхность. Устроился работать в безопасное место, в то время как остальные солдаты продолжали эвакуировать с поверхности людей. Суворов по-прежнему посещал тренировки, но ни о каком уважении со стороны солдат речи быть не могло. В душе парень сильно переживал из-за своего положения. Иван, да что там Иван, даже Дмитрий, которого все называли не иначе как мажором, поднимался на поверхность вместе с группой, а он, Рома, сидит внизу, как хилая девица, и лишь меняет раненым повязки. Все чаще парень задумывался о том, что нужно наплевать на слова друзей и присоединиться к группе Алексея Ермакова. Можно даже не сообщать Диме и Ивану, а просто взять и сделать то, что должен. Сейчас его даже забавляла собственная решимость. Правду говорят: бойся своих желаний. Рома до последнего не хотел подниматься на поверхность, но, едва получив эту возможность, тут же понял, что таким образом автоматически сделался трусом в собственных глазах. А ведь в детдоме он не боялся: как и остальные, убегал с территории интерната, дрался до разбитых костяшек и утаскивал из магазинов разную мелочь. Неужели сейчас что-то должно было измениться?