Она непонимающе уставилась на меня с широко распахнутыми глазами.
— Зачем? — тихо спросила она.
— Чтобы рвать их, когда они мне будут мешать.
Сорвал с себя всю одежду. Рассматривая меня, сжимает свои бедра, пытаясь закрыть от меня свое сокровенное местечко.
— Не прячься, детка, я там все уже видел. Никогда от меня не закрывайся, раздвинь свои длинные ножки, хочу видеть твою красивую девочку. Давай, не люблю повторять дважды, — опустив глаза, она поджала губы в отказе. — Вика-а, — растянул я ее имя, — я люблю послушных девочек. Поняла?
Взявшись за ее ножки, согнул в коленях и, медленно разводя, смотрю на нее в упор, а она на меня.
— Нет… не поняла, я вообще никогда не была послушной и молчаливой, это только с виду так кажется, — прошипела мне Рыжая Волчица.
Сощурив глаза, улыбаясь и ведя растопыренными пальцами по ее ногам вверх, спокойно сказал:
— Это не так уж и плохо, я люблю наказывать непослушных и слишком болтливых девочек, правда до тебя ни одной непослушной не было.
Впившись руками в ее бедра, оставляя новые синяки, дернул на себя, приблизил свое лицо максимально близко, ловя ее дыхание, прошептал ей в губы:
— Надеюсь, ты любишь боль, Виктория?
— Ты… будешь меня бить? — тихо, испуганно спросила она.
Растянул свои губы в улыбке, произнес:
— Буду.
И вновь впился в ее губы. Я дурею от того, что я у нее первый и даже первый поцелуй мой, черт и еще тысячу раз черт. Расположился между ее ног, раздвигая их еще больше своими коленями, протянул руку к ее промежности. Провел пальцами между ее губ по розовой плоти, оторвался от ее рта.
— Блядь! Вика… ты вся мокрая… разве можно выдержать, — издав звериный рык, дернул ее на себя, развернув к себе спиной. — Опустись на колени, — приказал ей, раздвигая максимально их широко, пристроился к ней сзади вплотную.
Провел от шеи до копчика двумя пальцами по красивым изгибам ее спины, шепнул в маленькое ушко:
— Прогнись в пояснице, — надавливая на поясницу двумя пальцами. Она подчинилась. — Глубже, еще глубже прогнись, вот черт… да, девочка… вот так, ты прекрасна, — прикусил ей ушко и сказал. — Умница, послушная девочка, — тихо усмехнувшись, приказал. — Руки на колени.
Но девочка у меня с характером.
— Нет, — сказала.
Медленно намотав ее рыжие волосы на кулак, потянул вниз так, что ее голова упала на мое плечо. Заглядывая в ее сверкающие изумруды, говорю ей:
— Да… детка, будет так, как я тебе прикажу, запомни.
С психу и оттого, что ничего не может против меня сделать, стала рычать, твою ж… она мне просто крышу рвет.
— Руки на колени, — тихо, но грозно проговорил ей в лицо.