Зато будет повод покрепче подружить их с Альмой. Все равно придется Ирену от кухни освобождать.

Эйса Кэрин тоже как-то смягчилась. Правда она по-прежнему держалась обособленно, посвящая все свое внимание книгам и школе, но все же, на ее лице стала иногда появляться улыбка. А еще, учительница теперь носила огромную белую шаль, которую крестьянские девочки связали ей в восемь рук. И пусть петли не везде ровные, а местами торчали нитки, все равно подарок был очень высоко оценен.

Михаль в свободное время изобретал, и неожиданно сделал что-то вроде катапульты. Пробный снежный шар высадил в господском доме одно окно. Поэтому пришлось сперва держать Рглора, чтобы тот не оборвал гениальные уши. А потом проводить юному изобретателю лекцию на тему — что такое «траектория», и почему о ней не стоит забывать.

Катапульта же, после небольшой корректировки, превратилась в качели вида — доска на бревне. Крестьянские дети оценили.

Люсия с Эмми окончательно превратили малый зал в вязальный цех. Паутина ниток тянулась от дверей до дверей, постепенно превращаясь в чулки, шапки, шарфы, шали. И Алесия начинала задумываться, что это богатство пора бы где-то сбывать. Потому что в поместье вязаной одеждой были обеспечены почти все. Даже Лайон получил желтый шарф и такие же желтые носки. Это Эмми для «мальчика» расстаралась.

Два-три раза приезжал Иогас-младший. И тогда они с Михалем целыми днями корпели над кусками кожи. Первый пробный чемодан публика не оценила по достоинству, поэтому парни сделали упор на разработке рюкзаков. Немного фантазии, и вот уже готов целый модельный ряд.

Но два события, порадовали особо.

Первое — женился Карис. Алесия не отказала себе в удовольствии приехать в столицу, чтобы хоть со стороны взглянуть на свадьбу. Толстая невеста в белых цветах, буквально сияла от счастья. Не замечая скрытых за веерами смешков, она тащила за собой жениха, как барана на веревочке.

Можно было только порадоваться за дочь купца. Она сполна получила то, что хотела. А учитывая меры, которые принял ее отец, муж превращался в ее руках в покорную «игрушку». Не от того ли Карис выглядел каким-то пришибленным, и слегка подрастерявшим былой лоск?

Но жалеть бывшего муженька как-то не тянуло. Получил по заслугам.

Сразу после свадьбы, чета Кьярти отправилась вить свое семейное гнездо в каком-то из южных городков. Вроде бы по настоянию купца. Хотя, может Карис сам пожелал уехать из столицы. Не выдержал ехидных взглядов и шепотков за спиной. Как говорится — «скатертью дорожка».

И второе событие — рубеж молодости. Да, так грустно здесь назывался «юбилей» — двадцать четыре года. Алесия с некоторым удивлением узнала, что дни рождения в этом мире отмечаются раз в восемь лет.