— … но и вы, как супруга, вправе распоряжаться. Мы все исполним. — продолжал разливаться мужичок. — Хотите, прикажу Софле, чтобы бульончику наваристого вам сготовила? Аль может…

— Как кто? — поперхнулась девушка, — Супруга?

Ронал забеспокоился.

— Ну дык король еще свое решение не огласил. Так что до тех пор да, стало быть, супруга. — судя по настороженному взгляду, в ответ он ожидал порцию слез или истерику.

И Ира с удовольствием выдала бы ему и то, и другое. Потому что нервы были на пределе еще после вчерашнего, а тут местные сектанты, оказавшие помощь, будто решили поиздеваться. Однако, вместо крика, она лишь спросила:

— Если мой муж барон… Стало быть, я баронесса?

— Так и есть, госпожа! — обрадовался мужичок. — Так и есть. Ваша милость, Алесия Ирсана Кьярти. Так что, принести бульончику?

Ира машинально кивнула, решив, что спорить с психами, особенно у которых вся ее одежда, — последнее дело. Лучше уж притвориться, что всему верит. Пока не найдет кого-нибудь поадекватнее.

Мужичок, отвесив еще один поклон, удалился. Дождавшись, пока в коридоре стихнут шаги, девушка поспешно вскочила на ноги. Подыгрывать местным «оригиналам» можно сколько угодно, но рассчитывать на них явно не стоит.

Кто знает, что у этих ребят в голове? Заиграются еще в свое средневековое общество, и сожгут ее, как ведьму. И никто ничего не докажет. Потому что кто знает, что она здесь? Есть конечно шанс, что окружающие просто прикалываются, но пока нет доказательств, лучше руководствоваться самым пессимистичным вариантом. А именно — вокруг психи. Если нет — вместе потом и посмеются над ее страхами.

Ира взглянула на приоткрытую дверь. Можно просто попытаться уйти, на удачу? Вдруг не остановят? Или нет. Разумнее выглянуть сперва в окно, чтобы иметь представление о местности.

С этими мыслями девушка перекатилась на другой край кровати, и решительно сдернула в сторону тонкие шторы…

* * *

крепость Квардес, за один год и пять месяцев до…

В этой лавке не толпились покупатели, наперебой звеня кошельками. Не торговались, пытаясь выгадать хотя бы пару монет. Не ругались с хозяином, обвиняя его в слишком высокой цене. Нет. Зашедшие сюда, держались с благоговейным трепетом и даже говорить старались вполголоса.

Девушка в простом, но строгом платье, остановилась перед дверью. Она знала, что если войдет, то непременно останется без всех своих накоплений. Но соблазн был слишком велик. Да и деньги — всего лишь кусочки металла, что они значат перед настоящим знанием?

Звякнул дверной колокольчик.

Хозяин лавки не бросился к вошедшей и даже не стал гнуть спину в поклоне. Лишь скользнул взглядом по коричневому платью и белому наплечнику, который скрепляла недорогая брошь. Однако когда девушка вышла из тени, взгляд его потеплел.