И лишь сейчас цели приняли конкретные формы, вновь выросли границы дозволенного самой себе и оформился какой-никакой, но план.

Челнок, давно переключившийся с двигателей на антигравитационные установки, предельно мягко и быстро коснулся поверхности посадочной площадки у дворца, приковав к себе взгляды стражи, дроидов охранения и сенсоров автоматических и не очень систем защиты, которые могли испепелить всё что угодно, оказавшееся в радиусе поражения. Опустилась рампа, беззвучно разъехались створки шлюза — и Кайя воочию смогла лицезреть небо, рябящее в глазах от обилия сотен и сотен дронов.

До самого входа во дворец тянулся живой коридор из гвардейцев, каждый из которых, стоило ей пройти мимо, совместно со стоящим напротив бойцом громыхал кулаком по груди, а кое-кто выказывал радость иначе и совсем не по-правилам. Определённо, подданные Консорциума счастливы были не столько из-за возвращения супруги своего владыки, сколько из-за самого факта возможности совершения межсистемных перелётов.

И радость эта витала в воздухе, ненормальным образом смывая тревоги и вытесняя страхи.

Кайя Фал’Зёрстронг быстро, но не срываясь на бег добралась до врат дворца, ступив в его просторные, элегантные залы, отражающие в себе культуру андайри — всё то, что делало их уникальными и самобытными. Максимум изящных линий и плавных обводов, минимум острых углов, никакой аляповатой, бросающейся в глаза любви к драгоценным металлам. Во всём тут преобладала стильная практичность, сейчас оказавшаяся как нельзя кстати: в андайрианских постройках сложно было заплутать, ибо устроены они были предельно просто и удобно.

Вот и сейчас Кайя в считанные минуты добралась до названных ей встречающими слугами покоев, одних из самых просторных и вместе с тем защищённых, лишённых окон и сокрытых в самом сердце дворца.

— Кайя. — Хинко крепился, но девушка всё равно видела, что это даётся тому непросто: повреждённые мышцы лица мужчины сильно болели, стоило только ему попытаться улыбнуться. За время с момента появления в системе она не успела толком ни с чем ознакомиться, а в пути с супругом связаться не было возможности: даже Единение не способно было обеспечить такую связь. Потому о серьёзности его ран она могла только гадать, уповая на лучшее. — С возвращением. Есть что-то важное из того, о чём я должен узнать незамедлительно? Ты долго не выходила на связь…

— Особо важных новостей у меня нет, Хи. Как ты?

— Жить буду. — Хинко с ясно видимым облегчением опустился в одно из имеющихся тут кресел, полукругом расставленных вокруг стола, напичканного электроникой по самое «не могу». — Потерял глаз, рукой ещё долго не смогу нормально шевелить, чудом не лишился возможности ходить на своих двоих… но сейчас всё хорошо. В крайнем случае, импланты ничем не хуже родных конечностей и органов, у нашей семьи в этом отношении предубеждений нет…