— Нергал Лучезарный, внемли своей последовательнице, верной служанке света и…

Вивиан оставалось только молиться, надеясь, что Дестини ошиблась.

Так, призывая бога-покровителя, она провела несколько минут, отстраненно наблюдая за происходящим. Лишь из глубины сознания доносился вопрос: куда делся Скиф?

Ответ она получила, когда небо опять раскололось, прозвучали фанфары и грянуло глобальное уведомление:

Слава герою!

Предвестник Скиф совершил подвиг, который будет воспет в веках, первым в мире достигнув 1100-го уровня!

Разумные Дисгардиума! Приветствуйте предвестника Скифа ! Слава герою! Слава Скифу !

В покоях зазвенела разбившаяся бутылка, донесся стон раненого зверя. Вивиан бросилась туда и невольно поморщилась, увидев, как Джошуа заливает в себя последнюю бутылку эксклюзивного эльфийского вина столетней выдержки. Три такие обошлись им в пятьдесят миллионов золотых на закрытом аукционе Кинемы, их выставил сам Эйнион, король остроухих. Галлахеры берегли их, а сейчас Джошуа судорожно заливал его в себя так, словно не мог напиться, — не хотел, чтобы досталось врагу.

— Все кончено, — едва слышно прошептал он, допив и глядя остекленевшими глазами сквозь Вивиан.

— Мы проиграли битву, но Скифу не отнять то, что у нас есть в настоящем! — возразила Вивиан. — Соберись, Джош!

— Ты не видишь, — горько сказал он. — Они уже захватывают замок. Какой-то ниндзя Гирос из «Пробужденных». Через десять минут, дорогая, все наши сокровища осквернят люди Скифа… — Он снова застонал и бессильно откинулся в кресле, выронив бутылку — она покатилась, помечая путь бесценным содержимым. — Твари! Ненавижу!

— Джошуа… — мягко заговорила Вивиан. — Любимый… Я всем сердцем верю, что Нергал нас не бросит. К тому же, даже потеряв все здесь, мы останемся Галлахерами! Мы не сдадимся!

Джошуа посмотрел на нее, и она с облегчением увидела, что его взгляд приобрел осмысленность. Резко поднявшись, он встряхнулся, похлопал себя по щекам. Когда он поднял голову, на Вивиан смотрел тот Джошуа, которого она когда-то полюбила.

— Выходим, — сказал он. — Здесь больше нечего ловить.

В офлайне Джошуа окончательно стал самим собой. Включив головизор, с болью в глазах он смотрел, как его Парамаунт, куда было вложено столько любви и ресурсов, превращается в руины, как по ним обезьянами скачут уродливые огры и кобольды, как обдирают фруктовые деревья оницо, сбежавшие из Стылого ущелья, как легаты Чумного мора выжигают мертвыми лучами уникальный монстропарк Галлахеров, собравший сотни чудовищ со всех уголков Диса, и как некоторые из последних представителей своего вида поднимаются в виде зомби…