В этот момент по головизору показывали, как наказывают осужденного. Дроны-операторы снимали вблизи, как плеть рассекает кожу на спине несчастного, как рвется плоть и брызжет кровь… Я кивнул на происходящее:

— Зачем ты это смотришь?

— Выполняю свой гражданский долг… — Мария запнулась. — Понимаешь же, как работает система?

— Зрители определяют наказание?

— Не только наказание. Могут и оправдать. Этому парню-негражданину, например, грозило сто плетей. Он бы не выжил, это замаскированная казнь. Но что он сделал? Захватил гражданский флаер, чтобы посмотреть мир, по пути влетел в район высокой гражданской категории. Вряд ли намеренно, но закон есть закон.

— И за что ты проголосовала?

— Пять плетей. Он никого не убил, не ограбил. Возможно, просто хотел посмотреть, как живут граждане, или не справился с ручным управлением и залетел не туда. Но в итоге судья, собравший результаты зрительского голосования, объявил приговор общества: десять плетей… Многие бездельники, смотрящие канал, жаждут крови и всегда голосуют за смертную казнь или отсечение конечностей — даже за мелкую провинность. Конечно, подобных идиотов судебный ИскИн со временем отрезает от голосования, но не сразу. А я всегда думаю, что именно моего голоса может не хватить, чтобы вынести более справедливый приговор.

— Что-то с нашим обществом не так, Мария… — Я отложил вилку и отодвинул тарелку. — Спасибо.

Аппетит пропал. В глубоких раздумьях я залез в капсулу, интра-гель накрыл меня с головой, мир мигнул…

И я оказался в таверне «Осколки и кости» на Менгозе, в зале, полном гомонящего народа.

— Скиф! — радостно воскликнула Ирита, поднялась и помахала мне с другого конца зала.

Она сидела за столом с Краулером. Видимо, обсуждали будущие торги на аукционе.

Я подошел, кивнул другу и обнял девушку. Не разжимая объятий, она поцеловала меня и шепнула на ухо:

— Ты что-нибудь решил? Могу я к вам приехать?

— Пока нет. Поговорим после Игр, о’кей?

— Тогда как насчет свидания в Дисе? Вечером?

— С радостью. Надеюсь, не появятся срочные дела.

— Тогда до вечера. — Улыбаясь, она вернулась за стол.

Я обменялся с магом новостями и не теряя времени прыгнул к деревне Джири.Зерно преобразования закончило свою работу, характеристики изменились. Можно было пробовать отодратьЛасковый плющ от ствола.

Старик сидел под некогда могучим деревом в позе лотоса, прикрыв глаза. Не поднимая век, он проворчал:

— Ты стал уродливее. Надеюсь, это не единственное твое достижение.

Никаких изменений в своей внешности я не заметил, но неписю виднее.Харизмы поубавилось, из-за чего для окружающих я стал менее привлекательным.