— Твою мать, Шеппард, не заставляй меня применять силу! — Ханг прижал меня рукой к стене, не позволяя сбежать.
— Алекс, миленький, ну что ты ломаешься как девочка? — подключилась к уговорам Тисса. — Ну не хочешь быть в клане — твое право, но вступи в группу, и пойдем с нами — сделаем ачивки и выйдешь. А?
— Бездна, Алекс! — Эд треснул кулаком в стену рядом с моей головой. — Какого хрена?
— Боже, парни, Тисса, вы хоть понимаете, что страдаете фигней? Кто вас учил так вести переговоры? Я могу сам пройти этот данж, когда прокачаю уровни. Это во-первых. А во-вторых, вы не можете затащить меня насильно! Допустим, я вступил в группу, мы зашли в инст, вы погибли. Я же могу просто не использоватьКамень возрождения ! Вас не учили, что сотрудничество предполагает взаимную выгоду? Вы получите то, чего добиваетесь. А я? Зачем мне делить с вами опыт и лут?
— Я же говорил, он не подпишется! — вскричал Малик. — Тисса, всегда же было понятно, что он хитровывернутый! Что с того, что он начал играть? Он остался все тем же Алексом себе на уме Шеппардом, которого мы знаем с первого класса!
Эд поиграл желваками, а потом хмуро сказал:
— Ханг, отпусти его. Пусть валит.
— Зря мы ему вчера помогли! — продолжал злобиться Малик. — Он того не стоил!
— Ни фига не зря, — не согласился Эд. — Мы своих в обиду чужим не даем… какими бы мудаками они ни были.
Тисса хотела что-то сказать, но промолчала. Эд понял, что отвечать я не собираюсь, и махнул рукой:
— Вали, Шеппард! Юзай свою читерскую абилку, качайся… Если передумаешь, ты знаешь, где нас найти. Пошли, ребята!
Ханг убрал руку. Они ушли, а я еще какое-то время не сходил с места, чувствуя, как в груди зарождается необъяснимое чувство досады.
Когда я вернулся в класс, мои щеки горели. Я старался не встречаться взглядами с «дементорами». Пристыдил меня Эд крепко, и я думал об этом весь следующий урок, пока не принял решение.
Оно было нелегким, но я, кажется, начал понимать, что имел в виду Родригез в тот день, когда сжег Еву и сказал, что у меня нет друзей. Вчера, когда они вступились за меня, это было… Даже не приятно, а как-то… особенно, что ли. Там была смесь эмоций. Радость, гордость, удовлетворение свершившейся справедливостью, тем, как обернулась ситуация с Утесом. И я решил рискнуть.
После уроков, когда я хотел поговорить с ними, меня задержал учитель Грег. Историк покопался в планшете и вывел мой профиль успеваемости.
— Смотри, Алекс. Это график за текущую неделю. Показатель твоей активности на уроках снизился на 84 % в сравнении с тем, что было раньше. У тебя все хорошо? Может, тебя что-то беспокоит?