— Короче, — жестко сказал Родригез. — Мы при свидетелях объявили тебя членом «Дементоров» и вступились перед Утесом и Рашидосом. Эти два на каждом углу треплют, что мы их чуть ли не ганкнули и вообще не по понятиям поступили, лишив их добычи. А потом ты при огромном скоплении народа лезешь за какого-то работягу и вызываешь Утеса на дуэль. Ты 4-го…
— Уже 6-го.
— Плевать. Все говорят о 4-м уровне Скифа и 12-м Утеса. И когда нуб вызывает на дуэль всем известного ганкера и ставит на кон ценную шмотку, люди склонны видеть в этом что-то большее.
— Что, например?
— Что этот нуб затеял какую-то аферу. Ведь и причина спора очень надуманная, и уж слишком ты уверен в себе. А еще все эти разговоры вокруг о том, что ты «дементор», и история конфликта с Утесом, то, как он некрасиво был выкинут нами из клана… Мне уже «Аксиома» вопросы задает… — Эд поиграл желваками. — Это не твое дело, понятно, но общее мнение таково: мы хотим наказать Утеса и, используя тебя как приманку, мстим придурку. Народ не понимает за что, и это вызывает вопросы и подозрения.
Прозвенел звонок, но никто из них не собирался возвращаться в класс. Разговор только начался, и «дементоры», судя по всему, были настроены закончить его в любом случае.
— Эд, ваши политические и репутационные риски меня никак не касаются. — Я спрыгнул с подоконника, и парень был вынужден отойти. — Утес — урод, каких поискать. На ровном месте докопался до человека, и если бы не я, семье того работяги было бы нечего есть. Шмотки мне не жалко, но я не собираюсь проигрывать! А сейчас лучше пойти на урок, у меня и так перебор штрафных баллов за семестр. Договорим после. Тем более надо вернуться к той теме со «Злом из глубин». Я решил вам помочь.
— Договорим после, — нахмурился Эд. — Но ты хорошо подумай, стоит ли тебе участвовать в дуэли. Потому что при любом исходе она вызовет интерес превентивов. А эти ребята уже начинают задавать вопросы.
Глава 27 Здравый смысл
Как бы я ни старался быть сдержанным в беседе с «дементорами», слова Эда заставили меня задуматься. Он неспроста упомянул превентивов. Может, так он дает понять, что и сам подозревает меня? На других переменах пообщаться нам больше не удалось. Следующую я проспал, задремав под нудную лекцию Грега о том, как менялась карта Европы за последние двести лет, и меня никто не стал будить. А потом «дементоры» куда-то пропали.
Впрочем, ничего необычного в этом не было. Последний урок в пятницу необязательный. Кто-то посещал киноклуб, кто-то играл в футбол, а кто-то ходил в школьную студию на лекцию по искусству. Я отправился в техническую секцию, чтобы закончить работу над своим искусственным спутником, но глаза слипались и ничего не получалось — пришлось оставить как есть, чтобы совсем не запороть.