— Нет. Очень не нравится, — замотал головой Эльвар так, что уши по щекам захлопали.

— Тогда включи голову, и слушай меня внимательно, — заявил Лёха, решительно беря эльфа пальцем за ремень и подтягивая поближе. — Никто не заставляет тебя причинять кому-то боль ради удовольствия или собственного развлечения. Но защищать самого себя, ты просто обязан. В противном случае, ты становишься слабым звеном в команде. Нам нужен не просто целитель и проводник, которого постоянно нужно защищать. А боец, способный, любого противника в бараний рог свернуть. Пойми, Эльвар. Если мы должны будем тебя постоянно защищать, то можем не суметь отбиться, если на нас нападут. А если ты станешь бойцом, то отряд сразу увеличится ещё на два ствола.

— Ты знаешь, я не люблю убивать. Очень, — упрямо насупился эльф.

— А разве мы убили хоть кого-то, кто этого не заслуживал?- тут же спросил парень. — Или может быть, мы напали на кого-то?

— Нет, — покачал головой Эльвар, насторожено глядя на него.

— Ты давно уже находишься рядом со мной. Было хоть раз, чтобы я причинил кому-то боль без причины?- продолжал напирать Лёха.

— Нет.

— А теперь скажи, я в твоих глазах боец, или балабол?- задал очередной вопрос Лёха.

— Боец, — решительно кивнул Эльвар. — Голыми руками орка победить, это суметь надо. Такое редко бывает, чтобы человек в драке против первородного выстоял. Ты, боец.

— Вот и ты таким же стать должен, — решительно подытожил Лёха. — Знаешь, у меня на родине, умные люди говорят; солдат ребёнка не обидит. А ещё говорят, что воин, это не тот, кто воевать умеет, а кто защищает всех, кто в этой защите нуждается. И что каждый солдат, сам должен для себя решить, кто он. Воин, или просто бандит в форме.

Высказывая всё это, Лёха строил фразы так, чтобы до чувствительного эльфа дошло. Не желание причинять боль, совсем не означает, что ему не нужно это умение. Уметь и не делать, и делать, даже не умея, разные вещи. Эльвар слушал парня внимательно, закусив нижнюю губу и чуть шевеля настороженными ушами. А когда Лёха замолчал, опустил взгляд и долго-долго молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Лёха уже решил, что вся его лекция, это разговоры в пользу бедных, когда эльф вдруг выпрямился во весь рост, и решительно тряхнув своим роскошным конским хвостом, сказал:

— Ты прав. Всё только от меня зависит. И умение себя защищать, совсем не значит, что я должен причинять боль всем подряд. Ты прав. Я буду учиться.

— Вот и правильно, — кивнул Лёха, с облегчением переводя дух. — Так что, проводишь нас к пущам?

— Конечно, раз тебе это надо, — кивнул эльф.