Под плавный речитатив молитвы, тело опустили в могилу, и Лёха, взяв лопату, принялся засыпать её. Стоявшие вокруг крестьяне не рискнули остановить парня, признавая его право собственноручно похоронить единственного близкого человека.

* **

Шагая по лесной дороге, Лёха чутко прислушивался к окружающему его миру. Непривычные трели незнакомых птиц, то и дело сменялись с детства привычным карканьем, или сорочьим треском. Привычные ориентиры не работали, поэтому, парень полагался на зрение и слух, в любую секунду ожидая неприятностей. История с гибелью мага, ясно показала, что мир этот совсем не так добр, как могло показаться вначале. Водились здесь и хищники, и бандиты, и ещё много других, так называемых, разумных, готовых поправить собственное благосостояние за чужой счёт.

Так что, Лёха не расслаблялся и для тренировки то и дело выхватывал из кобуры на бедре револьвер с длинным, сантиметров двадцать, стволом. Оружие это парень нашёл на дне сундука. Там же, нашлась и кобура к нему. По своей системе, револьвер очень напоминал земной уэбли. Переломная рама с экстрактором, выбрасывавшим гильзы при открывании. Правда, патронов к нему было всего на одну зарядку. Шесть штук. Второй револьвер, с тремя патронами, аналог земного бульдога, ему отдал староста деревни. Такого поступка от этого прижимистого, себе на уме мужика Лёха никак не ожидал. Поэтому, когда староста, бережно развернув промасленную холстину, протянул ему оружие, парень растерялся.

— А как же вы?- был его первый вопрос.

— Нам такие штуки иметь запрещается, — вздохнул староста, провожая револьвер явно сожалеющим взглядом. — Да и пользоваться толком им никто не умеет. Патронов, правда, мало. Три всего. Ну да их в дороге прикупите.

— Спасибо, староста. Признаться, не ожидал, — растеряно признался парень.

— Это вам спасибо, лэр. Вы нашу деревню от большой беды спасли.

— Я? Когда это?- не понял Лёха.

— Когда бандитов побили, и про убежавшего быстро рассказали. Он бы и один нам тут дел наделал. Каторжники это. Беглые. Им терять нечего, вот и лютуют.

Припомнив, что по местным законам, уголовного преступника приговаривали в каторге на разные сроки, а за побег, вешали, Лёха мысленно согласился, что окажись бандиты в деревне, одной жизнью, дело бы не закончилось. Мужчины, находясь в поле, просто не успели бы добежать до деревни, когда бандиты устроили бы в ней свой разгул. Поёжившись от вставшей перед глазами картины, парень взвесил в руке револьвер, с интересом разглядывая оружие.

— Не сомневайтесь, лэр. Гномья работа, — по-своему истолковав его взгляд, сказал староста.