Подобный вопрос мне задавали очень часто…

В уличных драках на моем лице нет эмоций, оно совершенно спокойно, даже когда я один за другим ломал пальцы уроду посмевшему пытаться подрезать у меня кошелёк. Тогда он спокойно ушёл домой, а я отправился на курорт в изолятор. И так всегда во время опасных ситуаций. Рожа кирпичом и действую будто умственно отсталый садист.

Но так обо мне думают только те, кто со мной мало знаком. Близкие же понимают, я не стану тратить силы на лишние кривляния. Ибо они бесполезны.

— Ты слишком себя накручиваешь сейчас. Слава, перед тобой же встал простой выбор. Оставить всё как есть и стать рабом. Или рискнуть жизнью чтобы суметь избежать позорной судьбы. — не по мне было толкать вдохновляющие речи, но слишком всё было очевидно. Парень просто не мог самостоятельно пробиться через барьер морали что взращивал в нем мирный мир. — Что не выбери, если совершишь ошибку, умрёшь, вопрос лишь в том, как псина, или как воин?

— Гладко стелешь, паря… — произнёс Серж, появляясь в зоне моей видимости. А ведь я даже не почувствовал его присутствия и не услышал шагов. — Хочешь я тебе скажу как будет на самом деле?

— Я воплощение внимания. — бывший военный хочет поделиться мудростью. Это интересно.

— Никакого рабства не будет. Ты тоже слишком узко мыслишь. Рабство бы устроили байкеры, и всякая мразота без морали. Зеки, сбежавшие или отсидевшие, но на свободе. Те, кто не исправился. Ваххабиты там ещё какие-нибудь, да вообще любая нация, которая уже грешила этим. Сам знаешь, наверняка слышал…

— Я понял. Мудачье всякое… — в целом его мысль я понял, но всё же уверен, та организация кто давно использует систему захочет полной власти над миром. Все хотят, и они не станут исключением.

— Это меньшинство. Их в расчёт можно не брать. — заявил он, отчего я даже хмыкнул, причём с достаточным сарказмом чтобы Серж нахмурился. — Не согласен? Ну так поясни!

— Байкеры, Фларенсо… — перечислил я это самое меньшинство, которое по мнению Сержа не стоит брать в расчёт.

— Хах, подловил… — он лишь усмехнулся на эти слова, признав свою ошибку. — Но всё же, ты тут не прав. Мы говорим о перспективе стать рабами, но наша нынешняя ситуация не относится к этому. На данный момент мы пытаемся выжить в рамках обстоятельств. Есть мы, мирные люди. Есть они, мерзавцы потерявшие берега. Две случайно сложившиеся фракции. Они развлекаются, купаясь в безнаказанности, а мы выживаем. Понимаешь?

— Да. — теперь я понял, что чём он говорит и его слова про «не брать в расчёт» оправданы. — Стычка двух групп с разными понятиями, но имеющие примерно одну силу.