— Дай сюда письмо, — потребовал мужик.

— Вот, держите, — отдал я бумагу.

— Жена, иди сюда! — позвал он. — И тетрадку сашкину захвати какую-нибудь!

Аккуратно и тихо подошла женщина в шелковом халате и тапках из той же серии, что и у мужика, вид имела потрёпанный: грязные наполовину седые волосы, косметики на лице нет, само лицо — эталон усталости от бренности бытия, нос прямой, в отличие от Сашки, которому в наследство достался отцовский, подбородок округлый, без острых граней, глаза, как я уже говорил, усталые, карие, высокий морщинистый лоб, тонкая линия губ. Похожа на человека, который уже давно и очень устал.

Она молча взяла письмо у мужика-отпускника, раскрыла его и начала читать.

— Это точно он и почерк его, — спустя пару десятков секунд произнесла она,. — С ним всё в порядке?

В глазах её я увидел воодушевление и надежду.

— Он хрябнулся с нашей пятиэтажки, Марина! — раздражённо ответил на это мужик. — Как с ним всё может быть в порядке?

— Нет, на удивление, с ним всё хорошо, он поправляется, я делаю всё возможное, — не согласился я с мнением мужика. — Что вы знаете о происходящем?

— Жопа настала и поглотила весь окружающий мир, — коротко, но ёмко охарактеризовал суть нашего нынешнего бытия Сашкин-старший.

— Я имею в виду цифры, характеристики… — осторожно начал я.

— А, ты про это? — мужик прищурился. — Ты какого уровня?

Подобный вопрос от мужика, который лет на десять старше меня, а мне тридцать три, если кто забыл, вводит в лёгкий ступор.

— Одиннадцатый, — ответил я спустя секунду. — А вы?

— Восьмой, — Сашкин-старший пожевал губу. — Сможешь вернуть нам сына?

— Смогу, — ответил я уверенно.

Реально, если он станет их ответственность, то будет просто отлично! Тогда я официально объявлю простой ввиду отсутствия пациентов и буду просто бессмысленно существовать во тьме и холоде…

На самом деле, я просто найду какое-нибудь безопасное место, может, присоединюсь к ебнутым…

— Можем дать тебе пять банок солений, если испытываешь проблемы с провиантом, — предложил Сашкин-старший. — Ты, вижу, нормальный человек, не то что некоторые. Можешь заселиться сюда, в соседнюю квартиру. Едой не обидим, будем защищаться совместно. И нам доктор лишним не будет.

— Александру потребуется некоторое время на восстановление, примерно неделя, а потом мы прибудем сюда, — сообщил я родителям пацана. — Хотите что-то передать ему?

— Вот, передайте смородиновое варенье и хлеб, он любит смородину! — мать Сани передала мне пакет с банкой и половиной буханки хлеба. — И… спасибо вам, Георгий Мартынович!

— Прибуду ровно через неделю, — заверил я их и пошёл вниз по лестнице.