В принципе, пыль пришла сразу после взрыва, поэтому даже я, возможно, принял йодид калия слишком поздно и сейчас в моей щитовидке происходят процессы злокачественных новообразований. Это убьёт меня не сразу, но, с текущим нулевым уровнем медицины, наверняка. Одна надежда на Босха!

Босх, если вы не знаете, признанный мастер, самый загадочный из живописцев Запада. Его картины просто босхжественны!

Как-нибудь вам стоит почитать его биографию и посмотреть на его картины.

— Это что, АИ-2? — повертел Сашкин-старший аптечку в руке.

— Нет, их больше не производят, — покачал я головой. — Это АИ-4, в ней нет запрещённых веществ.

— И слава Господу! — ответил на это Сашкин-старший.

— Вот, это три комплекта ОЗК, — презентовал я ему три резиновых свёртка. — Пользоваться умеете?

— Резиновые дни не забуду никогда, — улыбнулся Александр Сашкин, отец семейства. — Спасибо тебе, Георгий Мартынович!

— Да не за что, это моя работа, — отмахнулся я от ненужных благодарностей.

Что за, нахер, «резиновые дни»? БДСМ-щик, что ли?

— Не соглашусь! — покачал головой Сашкин-старший. — Что-то я не вижу ни врачей, ни фельдшеров, помимо тебя. Не могли они все умереть, а это значит…

— Могли, — прервал я его грубо. — Я видел.

— О, прошу прощения, — зачем-то начал извиняться Сашкин-старший. — Куришь?

— Есть такой грешок, — ответил я.

— Тогда угостись, — протянул он мне пачку очень дорогих когда-то сигарет «Венатор». — Пройдём в соседнюю квартиру, я там курю обычно.

Зашли в прихожую. Жутковато вот так просто заходить на чью-то частную собственность, даже зная, что хозяева уже мертвы и не вернутся. Здесь кто-то спал, ел, мечтал, тосковал, радовался, уходил отсюда на работу, жил… А если из родительской квартиры кто-то сейчас устроил курилку? А я ведь дома так и не побывал! Сука!

Нервно закурил. Ладно, домой я схожу. Теперь по актуальным вопросам.

— Что-нибудь знаете о происходящем в гипермаркете «Магнетит»? — спросил я у задумчиво курящего Сашкина-старшего.

— А? — поднял он взгляд. — Да, знаю. Какие-то панки собрались там, специально привлекают мертвых и рубят, расстреливают, сжигают…

— Я тоже подумал, что они не случайно ночные концерты устраивают, — кивнул я. — Опыт?

— Он, само собой, — криво усмехнулся Сашкин-старший. — Сейчас всё вокруг него крутится. Я раньше охотился, неплохо стрелял. Но когда внёс в «Огнестрельное оружие» тридцать очков навыков, меня будто на стрельбище армейское отправило! Из всяких автоматов, пулемётов, винтовок стрелял — и всё это за секунды какие-то! Ухват ружья, оказывается, у меня не совсем правильный был, теперь правильно берусь. А когда взял «Чутьё штурмовика», вообще жуть какая-то началась! Я из своей двустволки теперь, когда стреляю, примерно знаю, как ляжет картечь. Обычно дело это не всегда предсказуемое, а сейчас я будто понимаю как оно будет наверняка. И всегда это оказывается правдой. Сверхъестественная штука…