Добравшись до знакомой огромной поляны, убедившись, что в окрестностях пусто и тихо, Гамай приступил к расчистке завала. Подгоняемый страхом изгнанник несколько дней трудился не покладая рук, но, слава Яраду, зубастые гости за все это время так ни разу и не явились к развалинам. Как выяснилось, большая часть работы была уже сделана ранее. Гамаю оставалась лишь самая малость — убрать последние камни с прохода.
Открывшийся темный провал стал для изгнанника долгожданной наградой, а сама кладовая — спасительной пещерой чудес. Изголодавшийся за последние дни великан, как безумный, набросился на жесткое вяленое мясо, полосками свисавшее с потолка. Погреб просто ломился от всяческой снеди. Были здесь и зерно, и коренья, и мед. Большие корзины с сушеными ягодами перемежались копчеными окороками, а длинные гирлянды грибов мешали Гамаю пройти в полный рост, оплетая пространство ароматными густыми тенетами.
Обширная кладовая делилась на две неравные части, и если в ближней к проходу комнате освещения было достаточно, то очертания дальней скрывал полумрак. Наевшийся вволю охотник, спотыкаясь и извергая проклятия, кое-как отыскал в темноте оружие, огниво, кресало, одежду и прочие полезные вещи. Набрав побольше провизии и собираясь уже уходить, изгнанник чудом приметил блеснувший на полке кулон и, боясь оставлять знаменитую вещь без присмотра, натянул ремешок с синим камнем на шею.
Выбравшись на поверхность, Гамай наскоро засыпал отверстие входа камнями и, после недолгих размышлений, отправился возвращать Звездный камень хозяину. Поселок Орлов оказался покинутым. Мудрейшего не было и в главном селении Племени. Искать сына бога теперь предстояло на том берегу Великой, и Гамай уверенно шагал к реке, обдумывая на ходу способ собственной переправы.
Когда до воды уже оставалось пройти всего сотню шагов, в лесу у него за спиной послышались какие-то звуки. Странный шум нарастал — что-то приближалось к поселку. Изгнанник, долго не думая, бросился обратно к землянкам и с разгону ввалился в задернутый шкурой проем. Затаившись в углу, словно огромная мышь, Гамай обратился в слух. Сквозь частую сердечную дробь до ушей доносился топот множества ног, или лап. Вскоре земля затряслась совсем близко. Кто-то двигался мимо землянки, но, похоже, их было не так много, как ему показалось сначала. Тем не менее парень трясся от страха, прижавшись к стене, и беззвучно молился Яраду. Руки хоть и сжимали копье, но Гамай понимал, реши твари заглянуть в эту хижину, вырваться уже не получится.
В том, что это не люди, парень не сомневался. Доносившаяся снаружи тяжелая быстрая поступь была ничуть не похожа на мягкие человеческие шаги. Подтверждая мысль о чудовищах, в отдалении проревел острозубый гигант. Этот звук прилетел все оттуда же из лесу, но уже миг спустя с севера от реки прозвучал жутким рыком ответ. Ведущая с юга тропа в тишине оставалась недолго — через несколько ударов сердца и на ней раздались характерные тварям протяжные звуки.