«Опять новая херня», — подумал Драк и подскакал поближе.

— Я уже батарею почти посадил, — пожаловался Стефан и протянул ружье дракону.

Драк протянул лапу, поддерживая баланс крыльями, подержал ложу ружья, где прятался фирромулятор, и отпустил.

— Продолжай, — велел он стажеру.

Стефан снова радостно принялся палить по новому туманному виду. В какой-то момент ему почти удалось выкинуть объект охоты на солнце, но, почувствовав на себе солнечные лучи, щупальца вернулись обратно и бросились на Стефана. Этого Драк уже терпеть не стал, охота и так затянулась и плюнул небольшим файерболлом в существо. На удивление, эффект оказался точно таким же, как у Стефана: тварь разбилась на капли, которые упали в пруд и вернулась в прежнем виде.

«Это не дело, конечно», — подумал Драк, — «но другого выхода нет».

И долбанул по твари уже файерболлом нормального драконьего размера. Вот тут она испарилась вместе с половиной воды заборного пруда и восстановиться не смогла. Воды осталось слишком мало.

— Ого! Как ты крут! — восхитился Стефан. — А я их пык-пык, и ведь попал же. А им ничто!

Драк поморщился. Решение не было изящным. Надо будет поговорить с товарищами. Если такие звери завелись, то надо или новые меры придумывать, или как минимум воду по фиррий чаще вычерпывать. Но формы сейчас все заняты, разве что еще пару экспериментальных заказать. Ладно, пусть Котий думает, у него голова больше. Хотя нет, вроде одинаковые теперь. Драк запутался и бросил эту мысль.

— Так. Всех врагов мы истребили, — констатировал дракон. — Можно и домой. Пошли на улицу, крути там свою петлю, проверим, не забыл ли ты всё за время борьбы.

* * *

Роман Николаевич отловил Балакирева на выходе из Управления, когда тот собирался совершить очередную инспекционную поездку по Домино.

— Рассказывай, — велел он конструкту. — Как там твой план?

— Идеально, — ухмыльнулся Балакирев. — Уже реализуется. Наш новый друг Неко сегодня завершил враждебное поглощение Ремоута. По этому поводу они потеряли интерес к нам, потому что мучительно пытаются отбиться. А когда он завершит все процедуры, он его вообще распродаст по частям от греха. Считай, что зубов у Института уже нет.

— Как своевременно. И сколько нам это стоило? — осторожно поинтересовался Роман Николаевич.

— Ни дора! Ничего! — гордо заявил Балакирев.

— Вот это поворот, — удивился Роман Николаевич.

— Просто наши интересы совпали, — пояснил Балакирев. — И, конечно, я обещал ему экскурсию по Домино. Но это так, любезность.

— Конечно, — кивнул Роман Николаевич. — Так как это вышло, просвети.