Котий, как и я, был уверен, что продавать не нужно, а надо только сдавать наше зверье в аренду:

— Ну сам подумай, а вот они угробят крокодила, и что? Его же надо восстанавливать. Этого они точно не смогут. И будут обижены, что им продали ерунду.

— Но они хотят купить. Я-то тоже склоняюсь к аренде.

— А ты им предложи сначала в аренду, а потом, если справятся в течение, скажем, полугода, пусть выкупают. И аренда пойдет в зачет. Назови это тестовым периодом, если хочешь.

— План-капкан, — поддержал Драк. — Ты и так будешь в плюсе, и эдак.

Я в результате согласился, и сейчас мы с Драком тренировали ту самую пару, которую планировалось отдать в группу зачистки. Это были уже Барух 3 и Барух 4. Сначала мы запустили их по очереди вместе с исходным Барухом, а потом уже вместе.

С пятым Барухом был какой-то неурожай. Его два раза уничтожали полностью, в третий раз он почему-то не смог восстановить себе заднюю ногу, хотя остальные, налопавшись тумана, восстанавливали себе всё на раз. Это был тот самый крокодил, которого уничтожили в пещере у Лимов, и я начинал подозревать, что у него что-то не так с управляющими дисками. И решил, что если крокодил дезинтегрирует опять, то отправлю их на переплавку. Сделаю все заново.

Илья своего крокодила приспособил к хозяйству — по пещерам они не ходили. И вообще он в какой-то момент решил, что это девочка, и назвал его Милой. Выглядела Мила при этом так же, как мои. В пещеру Илья ее не водил, а прогнал туманный материал пять раз через экструдер перед тем, как закладывать диски. Так Мила приобрела сопоставимую с моими плотность и уже не боялась ни солнечного света, ни других крокодилов, поэтому пересобирать ее ни разу не пришлось.

* * *

Сегодня мы все наконец-то выбрались посмотреть новую долину, которая выросла за пару дней до наших топиаров. Вместе с долиной прирос довольно приличный кусок реки вместе с берегом с двух сторон. На берегу рос камыш, и Драк подшутил над Стефаном, предложив ему надкусить камыш. Каким-то образом братья прошли мимо этой шутки, поэтому когда этот самый камыш попер у Стефана изо рта бесконечными белыми клубами, тот был искренне изумлен. Шутка в общем-то детсадовская, но Стефан был страшно огорчен, что не знал о ней. Все хохотали, конечно же, дураки ужасные. Даже Георгий.

— Почему все знают про такое? А я не знаю, — возмущенно спрашивал Стефан, когда отплевался.

— Зато ты знаешь, что это не камыш, а рогоз, — попытался утешить его я.

— Да ну, — отмахнулся Стефан. — Я не уверен на самом деле. Просто знаю, что если тебе говорят про камыш, надо сразу сказать, что это рогоз.