Сев на ближайшее кресло принялся расшнуровывать ботинки, отбиваясь от попыток помочь. Не успел опомниться, а они с меня штаны стащили, едва трусы отстоял, укрывшись в ванной. Захлопнул дверь прямо перед носом у служанки, которая уже рукава закатала, с таким видом, словно мыть меня собралась.

— Сумасшедший дом, — тихо проворчал я, успев щёлкнуть замком. Ручка пару раз дёрнулась и с той стороны послышался печальный голос.

Какое же это удовольствие постоять под душем после долгой дороги и пару дней, проведённых в горах. Я бы ещё и ванну принял, но это затянулось бы надолго. Боюсь, что в этом случае дверь сломают и служанки меня из ванной силой вытащат. Обе, кстати, были специалистами третьей ступени, остановившись в одном шаге от уровня эксперта. У нас наёмники в отряде не все до такого добирались к сорока годам, а здесь девчонки чуть старше двадцати. Найдя упаковку с одноразовыми станками для бритья, избавился от недельной щетины. Посмотрел на себя в большое зеркало. Нормально. Рядом с белым махровым халатом нашёл три запечатанных комплекта нижнего белья.

Служанки к моему приходу разложили на кровати одежду, которую я сначала принял за кимоно. Но нет, это был халат ханьфу, почти такой же, какой носил великий мастер Ма. Серо-зелёного цвета рубашка, бежевый халат, накидка немного светлее, широкий пояс. Рукава халата настолько большие, что в них можно запутаться. На широкой полосе ткани, что спускалась спереди от пояса, нанесён узор. На серо-зелёном фоне изумрудными и тёмно-зелёными нитями вышиты лепестки поднимающегося пламени, а в самом низу край чего-то очень напоминающий панцирь черепахи. Странный рисунок. Нет, без посторонней помощи такое не наденешь. Разве что штаны в цвет накидки и мягкую обувь.

Минут через десять я вышел в просторный зал в несколько необычном образе китайского мудреца. С непривычки неудобно, особенно рукава, которые хочется подвернуть или оторвать. Когда руки опущены, они полностью скрывают кисти, поэтому сложно что-то взять или до чего-нибудь дотронуться. Служанки так просто меня не отпустили, усадив в кресло. Я всегда коротко стригу ногти, но девчонкам что-то не понравилось, поэтому вооружившись пилочками, они принялись придавать им правильную форму. Сил и желания спорить не было.

— Госпожа Цао злая, когда смотрит плохие ногти, — сказала служанка, орудуя пилочкой.

Её подруга, что всё время молчала, справилась гораздо быстрее и поспешила к столику, с чайным сервизом. Мне кажется, до того как я сбежал в душ, его в комнате не было.

— Чай, — подсказала вторая, когда мне протянули небольшую глиняную чашечку.