Мастера, собравшиеся на площадке между гаражами, немного отступили, чтобы у нас было больше свободного места. Пока я разговаривал с военными, Тигранян беседовал с Суло и судя по выражению лица, остался недоволен. Он наверняка пытался отговорить финна от этой затеи, боялся, что сорвутся какие-то совместные дела. Не зря же он всерьёз готов был драться с военными. Его охрану я в расчёт не брал, так как толк от них был исключительно при разгоне экспертов, решивших устроить драку во время турнира.

— Пара вопросов, прежде чем мы начнём, — сказал я, когда между мной и Суло осталось шагов пять. — Кто отдал приказ, разобраться с Максимом?

Суло покачал головой и резко перешёл в режим, пропадая из виду. Не знаю, когда я успел подумать, что он мог использовать это умение, чтобы оторваться от преследователей. Наверное, эта мысль пришла, когда я врезался в одну из стен ближайшего гаража, едва не проломив её. Удара я почти не почувствовал, значит, это была какая-то техника. Зачем ему нужно было меня ронять, я понял уже через секунду, когда финн рухнул сверху, пытаясь придавить. В джиу-джитсу и боях без правил такую позицию называют «маунт», когда один из бойцов получает тотальное доминирование, оседлав соперника. Только в этом случае, он ещё и технику использовал, вдавившую меня в асфальт на несколько сантиметров. Будь на моём месте слабый мастер, он бы и вдохнуть не смог. И закрепляя успех, Суло обрушил на меня град тяжеленных ударов, целясь в голову. Только я к подобному развитию событий был готов и успел закрыться руками.

По моей защите Суло молотил с остервенением. От глухих ударов с полуразрушенной стены на нас сыпалась штукатурка и какой-то мусор. Войтек, когда учил меня приёмам самбо, показывал несколько способов сбросить противника, но финн сейчас весил столько, что при всём желании сдвинуть его я не мог. В очередной удар он вложил столько сил, что кирпичная стена не выдержала и обвалилась на нас, засыпав пылью. Почти сразу прогремел взрыв, разбросав кирпичи и битый шифер в разные стороны.

Сидя верхом на мне, Суло тяжело дышал, но бить перестал, глядя вниз каким-то странным взглядом. Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что его смутило. Просто я неосознанно улыбался, дожидаясь, пока он выдохнется.

— Не в этот раз, — сказал я, поняв, что давящая сила пропала.

Суло спешил подняться, а на его лице я читал мысль бежать, и как можно быстрее. У меня получилось извернуться, захватив его ногу и повалить набок. Мы совсем недолго боролись и так получилось, что я зашёл ему за спину и провёл удушающий приём, обхватив туловище ногами. Он же, наконец, умудрился подняться и даже пробежать через площадку, врезаясь в противоположное здание гаража. В этот раз кирпичную стенку мы пробили, ввалившись внутрь. Секунд тридцать борьбы, и Суло поплыл, а ещё через десять он начал терять сознание. Едва его контроль силы ослаб, послышался неприятный хруст ломаемых позвонков и финн окончательно обмяк.