— Да я его сама могу отметелить…

— Никаких сомнений, — улыбнулся я. — Удары в пах у тебя действительно страшные.

— Иди уже, — она рассмеялась, толкнув меня в плечо.

Посигналив нам на прощание, девушки с визгом шин сорвали машины с места и умчались в сторону проспекта.

— Ты как на турнире оказался? — спросил я у Ильи.

— Материал собирал для газеты, — сказал он. — После твоего интервью заинтересовался тематикой подставных боёв.

— Опасное это дело. Там деньги отмывают огромные на ставках, поэтому всем, кто пытается в это дело нос сунуть, его могут прищемить. Громкие заголовки — это хорошо, пока к тебе в гости пара крепких ребят не пришла с дубинами.

Он посмотрел на мой внешний вид и согласно закивал.

— Смешно ему, — я подтолкнул Илью к воротам. — Завтра зайди к доктору, пусть посмотрит синяки.

— Хорошо, — он не стал спорить и то ли засмеялся, то ли заохал, так как синяки мешали улыбаться.

Тася меня встретила как в той сказке, баню истопила и спать уложила. Вопросами загружать на ночь глядя не стала, сказав, что по моему внешнему виду понятно, что съездил удачно. Я ей всё рассказал утром, за завтраком. Она понимающе покивала и посетовала, что слишком эмоционально отношусь к происходящему. У нас сегодня была запланирована поездка к врачу, а ещё Анна Юрьевна и Таша звали в гости, поэтому Тася просила не задерживаться и в десять часов утра быть дома.

С Геннадием Сергеевичем мы заранее не договаривались насчёт тренировки, но утром он почти всегда занимался в своём спортзале, поэтому я его нашёл без труда. Он как-то рассказывал, что для поддержания формы ему приходится сжигать часть силы, раз в несколько дней, чтобы она не застаивалась и не переставала накапливаться. С чем-то похожим сталкивались и мастера, которые долго не тренировались. Перерыва в полгода было достаточно, чтобы потерять треть доступных сил, и чтобы восстановить былую мощь, требовались долгие и упорные тренировки.

— Доброе утро, — поздоровался я, разуваясь и проходя в зал. — Не отвлекаю?

— Здравствуй, Кузьма. Как раз наоборот, только тебя вспоминал.

— Погода на улице — морось, — сказал я, проводя рукой по волосам и смахивая капельки воды. Уселся напротив, устраиваясь удобнее.

— Есть прогресс в тренировках? — спросил Геннадий Сергеевич.

— Вроде того. Мне кажется, что я очередной прорыв сделал, но не понял когда и как. А ещё у меня чувство, что силу перестаю контролировать. Не знаю, как это описать словами…

— Сделай пару глубоких вдохов, — посоветовал он. Потянувшись к небольшой шкатулке, стоявшей у стены, он достал оттуда знакомую свечку, зажёг её прикосновением пальца и поставил между нами. — Отдели от огня настолько малую часть, насколько это возможно.