— Это хорошо. Надо будет позаниматься с ним и Кириллом, чтобы подтянуть уровень кинетической брони. Чтобы и в огне не горели и на севере не замёрзли.

— Да, Алексей говорил, что только из-за твоего совета и выжил. Вспомнил, как ты рассказывал, что броня может защитить от холода.

— Так это же общеизвестный факт, — удивился я. — У нас каждый наёмник знает, как не замёрзнуть и на солнышке не перегреться.

— В критической ситуации иногда забываешь всё очевидное…

На ужин мы успели спуститься как раз вовремя. К нам присоединились Кирилл, Таша и Алёна, поэтому вечер прошёл оживлённо. Они сначала обрадовались, что мне дали несколько дней выходных, потому погрустнели, когда узнали, что я утром обещал быть во дворце, а вечером нас пригласили на важный приём. Видя их грустные лица, пообещал, что проведу с ними весь день в субботу, и, если Алексея не перевезут в Москву, мы обязательного его навестим все вместе.

Встреча с маркизом Сальви состоялась в большом трёхэтажном доме, в центре города. Фасад здания выходил на набережную канала Грибоедова и был выкрашен в розовый цвет. Как выяснилось позже, дом принадлежал старому другу семьи Сальви, который с радостью предоставил его высоким гостям. Встречал нас лично Луиджи, выглядевший так, словно на поезд опоздал. Он даже знакомство с Тасей отложил, приложив палец к губам и спешно провёл нас на второй этаж дома, где слышалась игра фортепьяно. Кто-то красиво исполнял классическую мелодию, немного грустную, на мой взгляд, но чарующую. Тася удивлённо посмотрела на меня, покачала головой, словно высоко оценивая играющего.

— Дебюсси, — шепнула она и приложила палец к моим губам, чтобы не задавал глупых вопросов, кто это такой, и что он здесь делает.

На самом деле, я слышал имя этого композитора, но без подсказки бы не узнал. А Луиджи буквально млел от мелодии и выглядел самым счастливым человеком на свете. Не знаю, почему мы прятались в коридоре, но мелодия играла ещё минуты три, после чего стихла. Луиджи подтолкнул нас к просторной гостиной, в углу которой стояло большое чёрное фортепьяно. За ним сидела хрупкая девушка лет двадцати в красивом платье. Она с интересом листала большую книгу в мягкой обложке, вглядываясь в ровные строчки нот и совершенно не замечая нас. Луиджи пришлось пару раз кашлянуть, привлекая её внимание. Девушка немного резко обернулась, удивлённо посмотрела на нас, словно мы застали её врасплох, щёки у ней слегка порозовели, и она очень мило смутилась.

Луиджи что-то восхищённо сказал на итальянском, всплеснул руками.

— Это было восхитительно! — добавил он уже на английском. Выдержав небольшую паузу, он сделал жест в нашу сторону. — Позвольте представить Вам друзей семьи Сальви, мистера и миссис Матчиных.