— Думаешь, он что-то задумал? — посерьёзнела она.

— Не переживай, — я приобнял её за плечи, на секунду прижав к себе. — Лицо у него не злобное, а кислое, значит, понимает, что сам виноват. Ну и отец его, решивший нас то ли припугнуть, то ли проучить, виноват не меньше. Такими вещами вообще не шутят и Ву Ци имел полное право порубить их в мелкую соломку.

— Но спиной к нему всё равно не поворачивайся, — наставительно сказала она.

— Сходи узнай у девушек, что они планируют, — попросил я.

Алёна оглянулась, посмотрела на Оскара и Сабину, разговаривающих рядом с бассейном. Встав, она направилась в ту сторону. Я же продолжал разглядывать море. К обеду оно немного расшумелось, разбивая высокие волны о песчаный берег. Ветер пока ещё не сильно трепал ткань пляжного зонтика, но что-то подсказывало, что скоро он усилится. Попутно я пытался уловить движение мирового ци вокруг, но ничего особого не замечал. Зато мог почувствовать Василия, тренирующегося во дворе пустующей соседней виллы. Его упорству можно было завидовать, так как тренировался он почти всё свободное время. Брат Мартины не прятался, поэтому его можно было выделить, как горячий уголёк, распространяющий вокруг себя волны жара. А вот мастер, которого Маурицио назвал Вито, напротив, прятался так хорошо, что я никак не мог уловить его присутствие. Вряд ли он наблюдал за нами откуда-то издалека.

— Матчин, — поздоровался старший брат Мартины подходя.

— Оскар, — отозвался я.

Он встал недалеко от зонтика, посмотрел на море. Я обратил внимание, что он закатал немного брюки и снял туфли, предпочитая прогуляться по песочку босиком.

— Хочу, чтобы между нами не было недопонимания, — сказал он, посмотрев на меня. На английском он говорил с заметным испанским акцентом, почти таким же, как у Мартины. Может, они специально этот акцент тренируют? — Я здесь, чтобы отомстить за смерть наших людей.

Я перевёл на него заинтересованный и слегка прищуренный взгляд.

— Слышал, что вы направляетесь на Сардинию в гости к Виттории ди Савойя?

— Всё так, но я совершенно не улавливаю связь между первым заявлением и вопросом.

— Ты не знаешь? — он приподнял бровь.

— Не знаю, — меланхолично ответил я. — И, если не будешь говорить прямо, так и останусь в неведении.

— На неё уже трижды покушались за последние полтора месяца, — сказал он. — Кто-то нанял Рауда, чтобы через Витторию надавить на герцога ди Савойя.

— Кого? — не понял я.

— Рауда рыжего, — повторил он. — Того самого подонка, убившего наших людей. И я собираюсь найти его и порезать на мелкие кусочки.