Думаю, что последние два предложения я перевёл достаточно близко к смыслу, так как цензурных слов в них было немного. Особенно в той части, где Оскар обещал порезать обидчика.

— Двухметровый верзила, рыжий, использующий огромный меч, шириной в ладонь? — уточнил я, вспомнив описание, которое когда-то давал французским жандармам. Я тогда не хотел, чтобы у Ву Ци были проблемы с испанцами, поэтому придумал первое, что пришло на ум, то есть, полную противоположность китайцу. Кто бы знал, что существует мастер с такими внешними данными, да ещё и находящийся в международном розыске.

— Он самый, — кивнул Оскар.

— А силёнок хватит, чтобы с бандитом такого уровня разобраться? — хмыкнул я.

— Хватит, — немного резковато сказал он. — Убью сначала его, потом придёт очередь японцев.

— А они чем тебе не угодили? — удивился я.

— В тот злополучный вечер одна японская тварь следила за вашим автобусом. Она воспользовалась ситуацией, решив спровоцировать конфликт и нанесла первый удар.

— Молния, — вспомнил я. — Вроде бы наёмницу из Японии догнали в паре километрах от того места и порубили на кусочки?

— Я долго был уверен, что ты связан с Раудом, — сказал он и посмотрел прищуренно. — Пока не отомщу и не сниму рыжую голову с плеч, я забуду о нашей маленькой ссоре.

— Ага, спасибо, что успокоил, — я улыбнулся. — Не забудь сообщить, как разберёшься, чтобы я сон не потерял из-за волнений.

— Какой же ты… — он покривил губами, — неприятный тип.

— Ты мне симпатичен не больше, — отмахнулся я. — Будешь гоняться за рыжим, не надорвись. Тебя не жалко, а вот Мартина будет плакать.

Мы помолчали, глядя на море. Как-то нехорошо всё вышло с этим Раудом. Мама могла бы предупредить, что у Виттории большие проблемы. Перестаю понимать, что здесь вообще происходит. Но рыжего надо будет обязательно прибить, если подвернётся под руку. А то выяснится, что он ни при чём, тогда все стрелки обратно на меня переведут.

— Я один не справлюсь, — сказал Оскар, глядя на море.

— Попроси отца, пусть выделит кого-нибудь.

— Он не знает, что я задумал.

Насколько бы ни был неприятным, но он наследник герцога, которому в один момент под управление перейдёт целая область Испании, пусть и недружелюбно настроенная к центральной власти. Рисковать наследником герцог точно не станет и постарается забрать домой.

— Тогда подожди, — сказал я. — Если рыжий где-то поблизости от Виттории, мы с Джимом его достанем.

— Я должен лично оборвать его жизнь, — сказал он и повернулся. В его глазах горел решительный огонёк, говорящий, что он может и в одиночку попытаться всё сделать, даже зная, что сил у него не хватает. Видел я уже такие взгляды.