Глава 6
— А я недооценил тебя, Айболит… — неторопливо и мягко, почти ласково произнёс гауптманн. — Положи аккуратно мешочек на землю — тебе из него всё равно ничего не обломится, а ручонки повыше подними…
Я мгновенно замер, превратившись в статую. Пальцы правой руки сами собой нащупали прохладную рукоять «ТТ» — с пистолетом я сейчас не расставался. Даже ложась спать, совал его под подушку. Я тихо вытащил пистолет и снял его с предохранителя.
Щелчок получился тихим, но в звенящей тишине свинарника он показался мне оглушительным. Я затаил дыхание и прижался спиной к прогнившей стене, в нескольких шагах от дверного проёма. Снаружи тоже повисла тяжёлая пауза. Айболит пока молчал. Золото глухо звякнуло о землю — уголовник, наконец, бросил вещмешок с плеча.
Голос Вебера был спокойным. Слишком спокойным. Именно таким голосом, как я понял, говорят люди, которые уже давно приняли решение убить. Без злости. Без азарта. Просто — как факт. Как неизбежность.
— Максим Константинович… — хрипло начал Айболит. — Давай поговорим…
— Давай, поговорим, — ответил Вебер. — Но сначала — вопрос. И советую тебе не юлить. Ты же знаешь, насколько я не терплю лжи?
— Знаю, герр Вебер…
— Как ты умудрился мою ухоронку найти? — спросил гауптманн. — Кто тебе подсказал? Кто, Айболит?
В его голосе послышалась почти отеческая интонация — и от этого по спине пробежал холодок. Вебер откровенно намекал на меня. Он уже всё понял и теперь давил на Айболита, чтобы тот выдал сообщника. Я крепче сжал рукоять пистолета. Палец лёг на спусковой крючок.
Если Айболит сейчас меня сдаст — придётся пострелять. Вот и посмотрим, так ли хорош гауптманн Абвера, как о нем рассказывал уголовник. Мы-то тоже не лаптем щи хлебаем!
Но тут Айболит неожиданно рассмеялся. Коротко и хрипло.
— Старуха, — выпалил Доктор, — хозяйка наша. Не нравишься ты ей, Максим Константинович. Видела она, как ты здесь по кустам шарился, вот и шепнула на ухо. Ну, а я проверил — и нашёл… — И уголовник подопнул ногой звякнувший металлом мешок.
— Старуха… — наконец повторил гауптманн. — Да, видела она меня вчера ночью, я заметил, — признал он. — А есть одно железное правило — не оставляй свидетелей… А я его нарушил — пожалел старуху. Зачем, подумал, её мочить зря? Она нам готовит, обстирывает — пусть живёт. А правила нарушать нельзя, Айболит! Тебя ведь я тоже этому учил?
— Учил… — эхом повторил уголовник.
— Кто еще в курсе? — произнес Вебер.
Сейчас и поглядим, сдаст меня Айболит или нет. Пока же он упорно молчал, переведя все стрелки на старуху, которую сам Барон тоже видел ночью.