и на жертву, и на палача. – Ты с ума сошел, – прошептала Арина и села на пол. – Наверное, – сказал я, садясь рядом. Здесь был воздух, и, наверное, он навсегда останется свежим. Здесь был даже сумрак – но ни на одном его слое из Саркофага нет выхода. Если верить Эдгару, заключенные в Саркофаг не испытывают ни голода, ни жажды. Им позволено вечно сходить с ума, не испытывая физических мучений. – Его же невозможно взломать, – сказала Арина. – Ты понимаешь? Никак. Даже твоя дочь не сможет. Я пожал плечами. Десятиметровый пятачок белого камня. Плывущая в вечность капсула. Интересно, сменится ли расширение Вселенной сжатием и новым Большим Взрывом? Если да, то у нас есть какой-то шанс. Я захохотал, представляя себе миллиарды лет заточения. Арина потянулась ко мне и отвесила звонкую пощечину. Я замолчал. – Ты действительно ему веришь? – спросила Арина. – Сумраку? – Не знаю. Я верю только в то, что люди сами творят свою судьбу. Люди, а не сумрак… и не мы. Арина помолчала. Развела руками. – Что ж… в любом случае мы уже не узнаем ответа. Никогда. Я полез в карман, достал пачку сигарет. Заглянул внутрь. Две штуки. Перед лицом вечности экономить смысла не было. – Будешь? – спросил я. Арина вяло кивнула. Она была даже не напугана… в конце концов, она и так шла на смерть. Она была задумчива. Будто мой поступок ее поразил. Я засунул в рот обе сигареты, раскурил и протянул одну Арине. Она удивленно посмотрела на меня. – В каком-то старом американском кино видел, – пояснил я. – Всегда хотел это сделать. – Вот ведь Петр, модернизатор хренов, приволок на Русь это зелье окаянное, а я же его просила этого не делать… – пробормотала Арина. – Не ври, ты родилась, когда Петр Первый уже умер, – возразил я. – Привыкай, нам теперь нечем заняться, кроме как байки травить, – отпарировала Арина. Затянулась. – Хотя, конечно, будут и другие развлечения. Сам понимаешь – вечность… Я вынул сигарету изо рта и затушил о пол, глядя поверх Арины – на расступающуюся стену непроницаемого Саркофага. Тигр стоял в проеме, за которым кипела серая мгла. Мне даже показалось, что я вижу те «пузырики», про которые говорила Надя. – Впечатляюще, – сказал Тигр, входя в Саркофаг. – Ты знаешь, что за всю историю Инквизиции это заклинание использовали всего три раза? Я покачал головой. Арина уже была на ногах – и, похоже, собиралась сражаться. – В принципе это вполне убедительно, – продолжал Тигр, неторопливо идя ко мне. Арину он игнорировал. – Но тебе не приходило в голову, что твоя дочь может сделать неожиданный