Но все это – не я. И даже не вы, Иные, мнящие себя пастухами человечества. Все это – люди. Все это их любовь и ненависть, отвага и трусость. Тебя, как и Арину, волнует судьба твоего народа и твоей страны? Мне нечего ответить. Как нечего было ответить Веньяну. Как нечего было ответить Эразму. Только люди в итоге решают, жить им или умереть. Я палач. Но я не судья. Великая радость устраивает меня так же, как великое горе. Но и радость и горе выбирают сами люди. – Так что же мне делать? – спросил я. Вот теперь Тигр молчал долго. Потом сказал: – Я хочу жить. Если вы донесете пророчество людям… значит, оно исполнится. Значит, людям больше не нужно волшебство. Не нужны те, кто отличен от других. Те, кто жаждет странного. Тянут человечество и толкают его. Тогда я погибну. И если я буду сражаться с твоей дочерью – я тоже могу погибнуть. Он помедлил, но все-таки добавил: – Но тут шанс есть. Она ребенок и может не справиться. – А есть ли другой выход? – спросил я. – Чтобы не умирал ты и не умирали мы… все. Тигр пожал плечами. И ответил: – Ну, ты же понял все сам. В твоем вопросе уже был ответ. Я кивнул. – Обидно. Некоторое время мы сидели молча. Я скурил вторую сигарету, потом третью. Совсем уже стемнело. В лесу темнеет быстро, в лесу нет сумерек. В окошке замерцало дрожащее пламя свечи. – Ты уж извини… – неожиданно сказал Тигр. – Да хватит вам всем передо мной извиняться! – завопил я, вскакивая. – Достали! – Надо на что-то решиться, Антон, – кротко сказал Тигр. – Дай мне пять минут, – сказал я. – Десять, – кивнул Тигр, продолжая курить. Огонек то вспыхивал, то угасал в сумерках, пока я шел к дому. Дети сидели за столом, на котором горели две свечи, притихшие и настороженные. Арина так и стояла у окна, глядя на Тигра. – Решил? – спросила она, не оборачиваясь ко мне. – Надя… – Я посмотрел на дочь. Ее лицо едва угадывалось в пламени свечи. – Ты сделаешь то, что я попрошу? – Что? – напряженно спросила она. – У нас всего два выхода, – сказал я, глядя на нее. Хорошо все-таки, что я успел увидеть ее взрослой… пусть даже во сне. Во сне, который не должен сбыться. – Всегда бывает три, – упрямо сказала Надя. – Во всех сказках всегда три пути. – Что поделать, у нас неправильная сказка. – Я попытался усмехнуться. – Всего два. Убить Тигра – и уничтожить всю магию на Земле. Все Иные станут обычными людьми. Может быть, случатся какие-то катаклизмы… не знаю. – Магия стала злом, – напряженно сказала Арина. – Люди должны… – Люди должны быть людьми, – ответил я. – Не будет магии – они