меня проверить. Я могу сказать, что я Бог, а быть дьяволом. – Но все-таки, если бы ответил мне, то что бы ты сказал? Тигр с любопытством посмотрел на меня: – Я бы сказал, что я – сумрак. Что я личность. Что во мне отражен и слит воедино разум всех людей, которые стали Иными, прожили свою жизнь – и ушли… ушли в меня. Что я хочу жить, хотя ты не сможешь представить, на что похожа моя жизнь. Что у меня есть свои интересы, которые ты не сможешь понять. Но все это только слова, и это те слова, что сказаны для тебя. – Хорошо, – сказал я. – Хорошо. Тогда скажи, чего ты хочешь? – И снова не тот вопрос! – Тигр поморщился. – Не тот! Но если тебе нужен ответ, то я отвечу – я хочу жить. Просто жить. – Почему ты убиваешь пророков? – спросил я. Теперь Тигр помедлил. Я вдруг заметил, что сигарета, которую он курит, не уменьшается. Кошмар врачей и табачных магнатов – вечная сигарета… – Все ли пророчества должны прозвучать? – Но убийства… – Это говорит сотрудник Ночного Дозора, лично убивавший Темных Иных? – спросил Тигр. – Ты хочешь сказать, что ты – Добро? – Я не Добро. Я не Зло. Я сумрак. Я хочу жить, а моя жизнь – это люди. Все, что идет на пользу человечеству, полезно и мне. Все, что идет ему во вред, вредит и мне. Я посмотрел на избушку – и увидел в окне три лица. Арина, Надя и Кеша. Надя и Арина смотрели напряженно. Кеша пил молоко. – Но пророчества часто несут зло. А ты позволяешь им звучать и исполняешь их. – Я? – В голосе Тигра послышалось удивление. – Пророчество – это прорвавшийся нарыв. Кассандра не была виновата, что пала Троя. И я не был виноват. Воля человечества, его стремления и ожидания – они прорываются в мир через пророков. И если прорвались – то они исполняются. Я могу поторопить… а могу задержать… Иногда. Не более. – А то пророчество, которое пугает Арину? – спросил я. – Которое она пыталась отменить, а в итоге… отложила? Или оно уже свершилось? Тигр пожал плечами: – Опять же, что тебе мой ответ? Я могу сказать то, что тебя успокоит. Но откуда тебе знать, правда ли это? – Все равно скажи, – настаивал я. – Я не рушу царства и не развязываю войн, – тихо сказал Тигр. – Я видел падение Киша и долгую смерть Урука, гибель Ассирии и разрушение Вавилона. Я видел, как разрушаются великие империи и угасают маленькие государства. Я видел армии, идущие нескончаемым потоком три дня и три ночи, видел разграбление городов и убийство пленных. Народы растворяются друг в друге, меняют имена и языки. Я видел зло, из которого прорастает добро, и добро, смертоносное и безжалостное.