Сгорел. Совсем другая история, другой вампир… вампирша. Скажи, ты не сталкивался с тем, чтобы вампиры оживали? – Они и так ожившие мертвецы, – спокойно сказал целитель. – Ну да. В какой-то мере. Но вот чтобы упокоили вампира – а он ожил? Иван задумался. – Кажется, что-то слышал, – неохотно признал он. – Поспрашивай в архиве, быть может, в прошлом что-то случалось… Кстати, о прошлом. Я тут один сериальчик посмотрел, про коллегу своего. Про Мишку. – Какого Мишку? – спросил я. – Ну, про Булгакова же! – сказал Иван таким тоном, что стало понятно – он говорит о человеке, знакомством с которым очень гордится. А я и не знал, что Иван был близок со знаменитым писателем. Может, он причастен к тому, что Булгаков начал писать всяческую мистику и фантастику? – Похож? – Есть что-то, – к моему удивлению, сказал Иван. – Занятно сняли, никогда такого от бриттов не ожидал! Молодой паренек играл – начинающий, наверное, но очень старался. С таким удовольствием Мишку вспомнил! А вот другой сериал глянул… Ему хотелось поговорить – и не о вампирах. На работе он явно скучал. Конечно, есть всякого рода иные болезни – от сумеречной ангины (и не надо смеяться, там правда очень холодно!) и до постзаклинательной депрессии (связана с резким перепадом магической энергии у Иного). И еще есть обычные, человеческие болезни, которые он тоже лечил. Но все-таки целителю второго уровня в нашем офисе не так уж и много работы. А по доброй воле врачей навещают редко. – Извини, пойду я, девочку навещу, – сказал я, вставая. – Спасибо за чай… Так что, можно отпускать? – Конечно, – кивнул Иван. – Если хочешь, я сам почищу ей память. Это было дружеское предложение. Шикарное. Стирать память, да еще молоденькой девчонке, – очень стыдно. Даже ради ее же блага. Ведь, по сути, такой чисткой мы что-то убиваем в человеке. – Спасибо, Иван, – кивнул я. – Но я, наверное, сам. Не буду перекладывать… Он кивнул. Он тоже все понимал. Оставив Ивана в кабинете (Или как это у врачей называется – приемная? ординаторская?), я пошел в палату. Девочка Оля Ялова уже не спала. Сидела по-турецки на кровати и смотрела на дверь, будто ожидая, кто войдет. Выглядело это так похоже на предвидение, что я насторожился и посмотрел на ее ауру. Нет. Увы, но нет! Человек. Ни малейшего потенциала Иной. – Здравствуй, Оля, – сказал я, придвигая стул и садясь перед ней. – Здравствуйте, – вежливо сказала она. Чувствовалось, что она напряжена, но старается выглядеть как можно спокойнее. В принципе ничто не выглядит более умиротворяюще, чем