ненавистью, и страхом – всеми теми чувствами, что собачий род испокон веку питает к живым мертвецам. Преследовать вампиршу не было сил. Потянувшись, я снял слепок ауры – иссушенной, серой, затхлой. Найдем. Никуда теперь не денется. А где же мальчик? После выхода из сумрака, созданного вампирами, он мог либо упасть в беспамятстве, либо войти в ступор. Но в подворотне его уже не было. Мимо меня он пробежать никак не мог… Я выскочил из подворотни во двор и действительно увидел мальчика. Улепетывал он едва ли не быстрее вампирши. Ну молодец! Чудесно. Помощи не требуется. Плохо, что он запомнил все происходящее, но кто поверит маленькому мальчику? А к утру все уже поблекнет в его памяти, сгладится, превратится в нереальный кошмар. Или все-таки догнать паренька? – Антон! С проспекта бежали Игорь и Гарик, наш неразлучный дуэт оперативников. – Девушка ушла! – крикнул я. Гарик на бегу пнул ссохшийся труп вампира, подняв в морозный воздух облако трухи. Крикнул: – Слепок! Я послал ему образ убегающей вампирши, Гарик сморщился и прибавил скорость. Оперативники умчались в погоню, Игорь на ходу бросил: – Займись мусором! Кивнув, будто они нуждались в ответе, я вышел из своего сумрака. Мир расцвел. Силуэты оперативников растаяли, даже снег, лежащий в человеческой реальности, перестал приминаться под невидимыми ногами. Вздохнув, я пошел к припаркованному к обочине серому «вольво». На заднем сиденье лежал нехитрый инструментарий, крепкий пластиковый мешок, лопатка и веник. Минут за пять я сгреб почти невесомые останки вампира, спрятал мешок в багажник. Из чахлого сугроба, оставленного нерадивым дворником, набрал грязного снега, разбросал в подворотне, потоптался, вминая остатки тлена в грязь. Не будет тебе человеческого погребения, ты не человек… Вот теперь все. Я вернулся к машине, сел за руль, расстегнул куртку. Было хорошо. Даже очень. Старший вампир мертв, его подругу ребята схватят, мальчишка жив. Представляю, как обрадуется шеф! Глава 2 – Халтура! Я попытался что-то сказать, но следующая реплика, хлесткая, как пощечина, заткнула мне рот. – Дешевка! – Но… – Ты хоть сам понимаешь свои ошибки? Напор шефа чуть ослаб, и я рискнул поднять глаза от пола. Осторожно сказал: – Вроде бы… Нравится мне бывать в этом кабинете. Что-то детское просыпается в душе при взгляде на все те забавные вещички, что хранятся в стеллажах бронированного стекла, развешены на стенах, небрежно валяются на столе вперемешку с компьютерными дискетами и деловыми бумагами. За каждым предметом – от древнего