Варакис издал раздраженный вздох.

- Хорошей жене не пристало быть эгоистичной и жадной, Элия. Ты была моей единственной женой много лет, и все мое внимание доставалось тебе. Лисандра совсем недавно стала моей женой, понятно, почему сейчас я уделяю свое внимание ей.

«Я не видела твоего внимания много лет! – мысленно кричала ему я, изо всех сил заставляя себя кротко улыбаться Варакису. – Ты совсем недавно сделал Лисандру своей женой, но у нее уже было больше ночей с тобой, чем у меня за все эти годы!»

- Мой любимый муж, - терпеливо произнесла я, - ты поставил условие: кто из твоих жен раньше родит тебе наследника, будет носить титул королевы. Но если ты не приходишь в мою спальню, я не смогу зачать от тебя.

Лицо Варакиса перекосило.

- Я уже говорил тебе прежде, Элия, почему ты заставляешь меня повторять? Если муж не посещает спальню своей жены, в этом только ее вина. Жена должна быть привлекательна для мужа, а ты... То холодна, то вульгарна. Если ты одинока, Элия, вини в этом свое неумение мне понравиться.

- Ты прав, - быстро согласилась я, удивив Варакиса. – Наверное, я что-то делала не так, была не такой, как ты хотел меня видеть, не смогла тебе угодить. И все же... Ты все еще мой муж, поэтому я прошу у тебя дать мне последний шанс.

Варакис нахмурился.

- Что ты хочешь сказать, Элия?

Моя улыбка была воплощением женской покорности.

- Прошу, проведи эту ночь в моей спальне, муж мой.

- Я же сказал тебе, Элия...

- И если до рассвета ты не пожелаешь прикоснуться ко мне и разделить со мной постель, я больше не буду беспокоить тебя. Я сама отрекусь от титула королевы, а после можешь поступать со мной, как пожелаешь. Я вверю свою судьбу в твои руки.

Варакис недоверчиво наклонил голову, глядя на меня исподлобья.

- Ты говоришь серьезно, Элия?

Я кивнула.

- Позволь мне попытаться стать приятной тебе, мой муж. В последний раз. Каждая женщина до последнего надеется завоевать расположение любимого мужчины. И я всегда мечтала об этом. Мечтала о тебе, мой супруг.

Варакис поморщился, словно ему было неприятно это слышать.

- Не тешь себя напрасными надеждами, Элия. За столько лет у тебя не получилось стать желанной для меня. Сомневаюсь, что одна ночь что-то изменит.

- И все же я до последнего буду надеяться, - глядя на него преданным взглядом, сказала я. – Последняя попытка. Не отказывай мне в ней, дорогой супруг.

Варакис колебался.

В своих покоях его уже ждала Лисандра. Я не сомневалась, сейчас он думает о ней: натертой маслами, нагой, возлежащей на шелковых простынях в ожидании, когда он придет и овладеет ею, как делал это каждую ночь.