Внимательно слушающий рашевец резко наклонился вперед. Движение было столь быстрым, что почти смазалось, и его собеседник с трудом сдержался, чтобы не отдернуться назад. Он видел на матче насколько молниеносен может быть капитан Кинжалов, но вблизи его скорость смотрелась еще более устрашающе.

— В чем именно она «хороша»? — спросил Ирги. Капризно изогнутые губы, воспетые сотнями фанаток, недовольно дернулись. — Ее повторное присутствие на матче — это мое личное требование, и клянусь Близнецами, когда сегодня тренер вдруг посоветовал «держаться от нее подальше» и не сказал почему… мне не понравилось.

— А ты думал, что Криспиан держит рядом никчемную девчонку? И хочет ослабить свою команду?

— Мы и так ваших Монстров раздавим, — хмыкнул курсант. — Скорее случайно все получилось, сложная ситуация, эмоции. На меня самого претендовала другая, а мой дракон в таких случаях не любит подчиняться, рвется диктовать условия, вот я и… настоял. Так что это за особа?

— Ты же не хотел принимать мою помощь? Но я в любом случае ничего сообщать о Катарине не буду. Скажем так, я и сам в ней заинтересован.

Капитан рассмеялся. Открытым, раскатистым, искренним смехом, на который обычно начинали улыбаться в ответ.

— Вы больные, — довольно заявил он, закончив хохотать и стукнув ладонью о колено. — Но свое я получил даже вне твоего желания. По сути, у вас личная конкуренция, сердечные дела, и нет никаких особых способностей девчонки в игре. Тогда ладно… пусть она в ростовом костюме, да еще с маской попрыгает вокруг арены. Что сможет сделать? Пф-ф. Так что у тебя за предложение?

Смайс поднялся, задумчиво прошелся по беседке, искоса поглядывая на довольно скалящегося Хагару. Потер грудь, словно ее что-то сдавливало. И… все же решился.

— Дело в моей будущей команде, — сказал он. — Я много о тебе наслышан и серьезно присматривался. Ты же лучший выпускник Раша за последнее десятилетие? У твоих предков сплошь генеральские погоны и, говорят, что проявленный дракон в шаге от истинной трансформации… Поэтому я тебя и позвал, Ирги. Хочешь прыгнуть вверх на несколько ступенек, не ждать полжизни? Не сидеть десятилетиями в пограничных гарнизонах, чувствуя себя живым только в период коротких междоусобиц? Не протирать ботинки на полковых балах, кружа провинциальных дур? А ворваться в генеральный штаб моим представителем сразу после выпуска — законно, официально, под аплодисменты толпы и стоны завистников.

— Предпочитаю стоны нежных красоток под собой, но… говори дальше. Мне интересно, наследник…

Они проговорили еще полчаса, прежде чем расстались. И хотя Хагара так и не дал окончательного ответа, а сказал, что ему нужно время для обдумывания… все же оба понимали, что согласие рашевца — лишь дело времени. Слишком уж заманчиво выглядел куш.