Папа посветил ему в лицо фонариком, чтобы убедиться что это точно он и отодвинул от дверцы.
— Как успехи в школе? Суп будешь? Мама вернулась?
Так засыпая его вопросами он подошел к потухшей плите и завис с кастрюлькой в руках.
— Беда. Без энергии и супа не подогреешь. Давно она не работает?
Сын пожал плечами, но вряд ли в темноте это было заметно, впрочем отцу ответ был не нужен потому что Свод включился и на улице загорелись вечерние фонари и в доме загудели сотни молчавших приборов.
— Вот и ладушки, — сказал папа и браслет на руке завибрировал как паралитик, выпрашивая внимания, — Да что такое с тобой?
Браслет щелкал и щелкал показывая понижение репутации с Михалычем, с Борманом, со всей женской частью коллектива и даже с директором. Мальчик молча ушел к себе, пока папа бледнел посреди кухни забыв обо всем.
Браслет все еще клацал, когда Виталик достал из под кровати ящик со своими старыми игрушками и достал пару динозавров. В детстве у него был человечек с эмблемой похожей на угольную мышь на поясе, но она пропала. Виталик положил ящик назад и прислушался.
Папа говорил с кем-то. Оправдывался и рассказывал, что ему нужно было уйти чтобы проверить семью. На него кто-то дико кричал, да так что вопли пробивались через двери. Выглядело это со стороны отвратительно, унизительно и вообще некрасиво. В итоге отец резко прекратил разговор и белый как мел ворвался в комнату сыну.
— Я пойду за мамой.
— Хорошо.
— А то мне не по себе.
— Хорошо.
— А ты дома сиди, на улице опасно и кажется комендантский час ввели. Знаешь, что это такое?
— Угу.
Больше папа ничего не сказал и вылетел за дверь, так и не покормив сына. А тот даром времени не терял. В одноразовый мусорный пакет накидал сарделек, мяса и пару мягких игрушек, — оделся и выскочил вслед за отцом. Когда Свод включен не так уж и страшно на улицах. А мышонок голодный.
Сергеич встает на Биржу
Комендантский час действительно ввели. Свод починили, и он больше не выключался, а по улицам начали ходить патрули. Жена нашлась на рынке жива и здорова, но пришлось подождать пока она успокоит своих напарниц, начальницу и поможет закрыть все точки. Домой они вернулись поздно, когда сын уже спал, съев все сосиски из холодильника.
Еще предстоял неприятный разговор, но Сергеич тянул и не ложился. Сидел на кухне и бесконечно протирал очки вздыхая. На браслете высветились десятки алармов. С работы уволили — на сотню пойнтов оштрафовали.
Фрося зашла на кухню позевывая, напиться воды перед сном.
— Чего на весь дом стонешь? Заболел?
— Нет, — ответил муж и вздохнул еще громче.