— Пироги с мясом, картахом с печенкой и ягодами! — послышались издали вопли дородной зеленой орки, редкой мастерицы, все приготовленное ею было настолько вкусным, что товар с ее лотков буквально сметали, тем более, что цены вдова пекаря не задирала. — С пылу, с жару! Налетай!

— Здравствуйте, матушка! — поклонилась ей Раха, подойдя.

— А, это ты, девчуля, — оскалила внушительные нижние клыки та. — И тебе поздорову, — она принюхалась. — Что, поимели?

— Ага… — скривилась смеска. — Как они все меня достали! Кобели поганые, чтоб им в ад провалиться!

— Не огорчайся, девчуля, — добродушно посмотрела на нее Дорла. — То наша бабская доля.

— Сколько мне за это пирогов будет? — спросила Раха, протягивая свою выстраданную монетку.

— Да дюжину дам, — отозвалась орка, пряча деньги в кошель.

— Только можно я не сразу заберу, буду подходить и по одному брать? — попросила девушка. — Сейчас только сразу три возьму, один себе, а два малых девчоночек подкормить, они уж почти не ходят от голода…

— На еще два от меня им, — Дорла уложила в свернутый тут же кулек из толстой серой бумаги пять больших, с ладонь орка, пирогов, два с мясом, два с картахом и один с ягодами. — Скажи токо, чтоб сразу все не жрали, не то животом маяться будут. На вот еще бурдюк морса ягодного, сама глотни и малых напои.

— Спасибо вам, матушка! — у Рахи даже слезы на глазах от неожиданности выступили, она слышала, что старая орка отличается добротой, но не верила. Да никому она не верила, по большому счету, слишком много горя довелось испытать, слишком часто ее предавали.

Почти мгновенно сжевав пирог с мясом, девушка скользнула в подворотню и залезла в подвал — пробираться к лежке банды лучше под землей, меньше шансов на кого-то напороться. Дорогу они знала хорошо, да и в темноте неплохо видела, видно от дроу, чья кровь в ней точно имелась, дар получила. Раха не знала родителей, сколько себя помнила, росла на улицах вольного города Истахар на Черно-Красном острове. Если судить по внешнему виду, в ее предках отметились и орки, и гномы, и люди, и темные эльфы. Плюс еще кто-то, уж больно странной формы уши и глаза имела девушка. Но при этом, как уже говорилось, была красива, из-за чего страдала — слишком много внимания уделяли ей представители сильного пола. И ведь не откажешь никому, если жить хочешь. Видала она, что со строптивыми девками делают. Врагу такого не пожелаешь! Режут по живому, отрезают все выступающее и бросают подыхать в луже крови. Все равно находились смелые, думающие, что смогут избежать такой судьбы, но пока еще ни одна не избежала. Так что лучше потерпеть, как бы больно и противно ни было. Тем более, что никакой иной работы, кроме как стать портовой шлюхой, Истахар девчатам из молодежных банд не предлагал.