Они отнесли еду в гостиную, где приготовленный Мархой омлет удостоился восторженных похвал всех, попробовавших его. Подсушенный слегка хлеб с мясной пастой тоже пошел на ура вместе с чаем. Как и странные желтые фрукты, похожие на длинные пирамидки. Немного жестковатые, но очень вкусные и ароматные.

— А теперь мы с Латиэль в центральный госпиталь пойдем, — Сашка не забыл о словах той, что у нее все тело шрамами покрыто. — Лиз, ты покажешь девочкам город?

— Покажу, конечно, — кивнула сестра. — Им, наверное, купить что-то в дорогу еще нужно. У нас месяц как открылся большой одежный магазин, там хороший женский отдел, все, что нужно, есть. Деньги вам выдали?

— Да, точно! — хлопнул себя по лбу ладонью парень и достал кошелек. — Мне зарплату и тратить-то не на что было, на всем готовом жил, а платили по семьсот пятьдесят рублей в месяц, за полгода больше четырех тысяч скопилось. Вот, возьмите две с половиной, девочки, должно хватить.

— На это десятерых одеть можно! — заверила Лида. — Кстати, ты же еще не знаешь. У нас в каждом квартале телепорты поставили! Небольшие, четырехкабиночные, но хватает. Хотя иногда, особенно по утрам, когда люди на работу идут, очереди и бывают. Но быстро рассасываются. В нашем квартале телепорт возле булочной, ты ее помнишь.

— Помню, конечно.

— Код центрального госпиталя короткий — два красных. Это на экстренный случай, чтобы долго не набирать.

— В каждом квартале… — покачал головой Сашка. — Спасибо партии и правительству за такую заботу!

— Люди оценили, — покивала Варвара Степановна. — Я, сам знаешь, с трудом ходила. До госпиталя и не добралась бы пешком. А после лечения чуть ли не бегать готова! Хорошие врачи на «Петрограде». Повезло мне, что как раз одна из них госпиталь навещала, когда я там была, вот и попала к ней на прием, она такая же ушастенькая, как Латиэль. Кажется, ее Иллениэль зовут.

— Архимагистр Лаортаналь⁈ — полезли на лоб глаза эльфийки. — Это вам действительно повезло! Она самая известная целительница Миросплетения. Такое лечит, что никто другой не вылечит. И не менее известная… э-э-э…

— Что? — не поняла старая учительница.

— Шлюха она не менее известная, — вздохнула Латиэль, коря себя за то, что заговорила на эту тему, невольно вырвалось. — Прославилась своими дикими оргиями и безумными выходками. Однажды на спор через себя полторы тысячи мужчин пропустила. Без отдыха! Прямо на площади! О ней такое рассказывают, что поверить трудно. Но лучше целительницы, невзирая на это, не найти.

— Это ее дело, взрослый человек, сама решает, что ей делать, — отмахнулась ничуть не поверившая в озвученную грязь Варвара Степановна. — Зато врач хороший. Не надо рассказывать о ней плохого. Я после ее лечения хожу нормально, об артрите своем напрочь забыла, как и о последствиях голода. Думаю даже на работу вернуться, учителей не хватает.