Станислав Степанович заржал своей шутке.
— Ты бы лучше подумал, как наладить отношения со своим подопечным, — возразила Светлана Сергеевна.
— Ты уж определись, мне его убить надо или в задницу целовать?
— Нужно будет, и туда поцелуешь! — заявила жена. — Или ты решил потерять все, что у нас есть?
Станислав Степанович замолчал и внимательно посмотрел на женщину.
— Я не собираюсь ничего терять!
— Тогда используй сразу все подходы. Вдруг не получится его устранить? Вдруг Император и Старейшины признают его право на власть в клане? Что тогда? Мы должны быть готовы ко всему! И так, и так. Ни в одном случает мы не должны пострадать! Ты же понимаешь, что наши сыновья, твои наследники, иначе останутся без гроша в кармане. Он все заберет! Тебе придется устроиться работать, чтобы нас обеспечить.
— Тише-тише, женщина. Я вообще-то и до него был графом.
— Да, полностью разорившимся графом с огромными долгами.
— Мне что, ему позвонить? — примирительно спросил Станислав Степанович.
— Да как знаешь. Можешь и позвонить. А хоть и на поклон езжай. Мне все равно, только сделать так, чтобы у нас все оставалось по-прежнему.
Станислав Степанович полез в ящик стола, пошарил там рукой и достал телефонную трубку. Долго копался в записной книжке, выискивая нужный номер. Затем поднес трубку к уху и замер.
Секунды шли одна за другой, но в трубке были лишь гудки.
— Не берет, пёс шелудивый, — пробормотал он. — У них там война, может некогда ему?
— Мне плевать! Найди способ! Раз нашел, как запихать в рот служанке, то найдешь как дозвониться до Андрея.
Светлана Сергеевна развернулась и пошла к выходу. По пути остановилась, наклонилась, продемонстрировав своему мужу все еще отличную задницу. Ткань длинной юбки натянулась, обрисовав соблазнительные очертания. Женщина подняла пресс-папье, взглянула на Станислава Степановича, взвешивая в руке тяжелый предмет. Примерилась и швырнула его, метясь точнехонько в голову.
Станислав Степанович юркнул за стол. Пресс-папье просвистело над его головой и с гулким ударом врезалось в стену.
Светлана Сергеевна довольно хмыкнула, развернулась и вышла за дверь, хлопнув так, что едва не обрушила стену.
Глава 24
Таня не сводила с меня взгляда несколько секунд, потом вздохнула и произнесла:
— Николай Строев. Тот человек, кто помог поставить мне начинку — твой отец.
Все слегка перепуталось в голове. Я понимал, что это отец Андрея, но не воспринимал его своим, что не удивительно. Но для Тани, как и для Лены, я был Андреем Строевым. Немного странным и непонятно откуда получившим все те возможности, которыми я обладал, но тем не менее — просто отпрыск Строевых.