— Вы ведь ничего ему не скажете? — сделав ударение на слове «ничего» с нажимом произнес граф, глядя вояке прямо в глаза.

— Я обязан, — поежившись, ответил военный. — Я тут нахожусь исключительно, чтобы за вами присматривать. Не натворите ли вы чего.

— Так вот, я уже натворил! Точнее сотворил! — хмыкнул граф. — И сейчас стоит проверить, что у нас вышло. А вы, господин надсмотрщик, и пискнуть не посмеете! Иначе я найду, чем вас урезонить. Не стоит думать, что вы тут главный.

Граф поправил на носу серебряную оправу и отвернулся.

— Приступаем! — отдал он команду помощникам. — Готовьте испытуемого!

— Граф! Опомнитесь! — предупредил вояка. — Что будет, если потом продукта не хватит? Вы же сами говорили, что дозы минимальны.

— Не мешайтесь у меня под ногами! И не вам решать, что и в каких объемах я могу использовать. Лучше соберите команду и проследите, что бы никто ничего не записывал, не снимал. Все должно быть секретно. Если у нас получится, вы сами же будете радоваться. Поверьте, если мы представим Императору сырой продукт, то и вам несдобровать. А так, мы подстрахуемся. Я же в свою очередь буду готов и дальше терпеть вас рядом. А ведь это не малые деньги. Не так ли? Вы ведь хорошо получаете здесь. Не думаете же вы, что где-то еще сможете грести деньги лопатой?

Военный дернул плечами, скривился, но все вынужден был согласиться.

— Хорошо, я послежу за ходом эксперимента.

— Вот и отлично! Идемте! У нас все должно быть готово.

Граф прошел в помещение, где в восьми отдельно стоящих небольших холодильниках с маленькими стеклянными дверцами хранились емкости с продуктом. Каждая из них выглядела, как прозрачный толстостенный цилиндр размером со стакан. Сверху цилиндр закрывался плотно закручивающейся металлической крышкой. Эти восемь образцов удалось создать благодаря сыворотке, что Император передал в руки ученого. Происхождение самой сыворотки графа интересовало больше всего, но Император не давал об этом никаких сведений. Но обещал, в случае успеха, снабдить ученого новой порцией. Это наводило на мысли, что образцы изначальных компонентов еще где-то имелись либо была возможность их раздобыть.

Граф Корсаков подошел к одному из холодильников, вытащил контейнер с серебристой очень густой жидкостью и аккуратно поставил его на лабораторный стол. На крышке стояла цифра восемь. Этот образец был особенным. Его объем превышал остальные. Так вышло, что забор крови девчонки сделали девять раз вместо восьми, о чем граф умолчал при разговоре с Императором. А если бы тот позволил оставить девку подольше, то могло бы выйти еще лучше. Но как уж есть.