Я все же открыл глаза.
Белый потолок в солнечных бликах. Где-то за головой и слева голосили птицы. Едва заметно тянуло прохладой. Свет казался прозрачным. Утренним.
Точно! Раннее утро.
Я попытался пошевелить пальцами правой руки. И мне это удалось. Так. Руки, ноги, голова. Вроде бы все на месте.
«Эй!» — позвал я про себя.
Не знаю кого именно я собирался услышать. Скорее все-таки нанитов.
«Хозяин! Хозяин очнулся!»
Тут же мой тихий уютный мирок разлетелся на осколки от дикого топота и цоканья когтей.
На долю секунды все стихло и тут же тяжесть навалилась мне на грудь. Я крякнул от неожиданности и ощутил все прелести переломов.
— Арчи! — заорал я, но вышло не очень.
Хриплый голос, едва слышный, слабый.
Арчи тут же замер улегся на мне, уставился бусинами карих глаз.
— Да слезь ты, — прохрипел я.
Пес виновато потупился и спрыгнул с постели.
«Я так рад, что ты цел!» — все еще возбужденно произнес он у меня в голове.
— А где все?
— А кто тебе нужен?
Голос раздался одновременно со скрипом входной двери. Голос, который мгновенно привел меня в порядок.
Я приподнялся на локтях и взглянул на Таню.
— Привет, — глупо произнес я.
— Ага, — кивнула и усмехнулась она. — Не успела отойти выпить чай, как ты очнулся.
В ее руках действительно оказалась кружка.
— Я так рад тебя видеть.
— Я тоже, — улыбнулась Таня. — Лену позвать?
— Давай пока так. Расскажи, чем все закончилось? Сколько времени я тут провалялся?
Таня подошла, присела на краешек кровати.
— Прошло всего три дня. А что последнее ты помнишь?
— Как на меня навалились Старейшины. И как умер Император.
— Ага, — снова кивнула Таня. — Старейшин поджарили маги. Вокруг народу была тьма. Больше тысячи человек собралось. Арчи притащил, кого смог. Точнее он все Данилу передал, что ты всех ждешь на месте бывшей площади. А тот уже через десятников и сотников собрал всех, кто был поблизости. Так что все и всё слышали.
Я лежал, слушал и улыбался. Перевел взгляд на Арчи. Пес сидел у кровати с гордостью задрав голову и внимательно слушал рассказ. Словно готов был в любой момент дополнить или поправить его.
— Дальше все решили, что ты умер. Ты не дышал, признаков жизни не подавал. Сердце не билось.
При этих словах голос Тани стал жестким, чуть с хрипотцой.
— Если еще раз мне такое устроишь, я тебя сама прибью, — уже тише добавила она.
— Но ведь я выжил.
— Да уж. Арчи не дал никому тебя забрать. Стоял рядом и рычал на всех. Едва начали говорить, что тебя надо бы увезти в клан и похоронить.
Я снова посмотрел на пса. Казалось, тот довольно улыбался.
— Через полчаса ты вдруг задышал.