— Ну чего ты улыбаешься⁈ — не выдержала она. — Дело серьезное!

— А в чем собственно проблема?

— Мы взяли образец твоей крови. Все наниты в тебе не соответствуют требуемым параметрам. Они не принадлежат Техномагу российскому.

— Не удивительно, — пожал я плечами.

Делать это лежа было не очень удобно, но я справился.

— То есть, ты знал о этом?

— Полагаю, наниты во мне были модифицированы, чтобы избежать блокировки работы колонии. Все они изменены. Скорее всего безвозвратно. Зато это спасло мне жизнь.

Таня и Лена уставились на меня. Я видел, что в глазах их что-то поменялось. Может быть, они меня жалели. Так, наверное, смотрят на человека лишившегося рассудка.

— Ты понимаешь, что это означает? Тебе не взойти на трон, — словно младенцу начала пояснять Таня. — Я могу попытаться заявить притязания на африканское правление. Можем жениться и ты станешь кем-то вроде особы королевских кровей… Но пока все подтвердится… и это если мне еще не станут чинить препятствий. В общем…

Она замялась, понимая, что говорит не то.

— Ты не претендуешь на трон? — вдруг спросила она.

— Во-первых, — начал я. — правитель может быть тем, за кем стоит сила. Люди пойдут за таким вождем. Я уже доказал, что смог собрать кланы против общего врага. Значит, сила имеется. А во-вторых, кто тебе сказал, что я не смогу пройти тест на принадлежность крови?

— Но как? — в голос воскликнули девчонки.

Я улыбнулся и погладил Арчи по загривку.

Тот только довольно заворчал, протянул мне лапу. Я пожал ее.

— Надеюсь, ты не раздал всю колонию своим подружкам? — спросил я пса.

«Обижаешь, хозяин! Конечно нет! А это что, значит я претендую на трон? Смогу править страной? Я буду держать всех железной лапой… за яйца!»

— Угомонись! — рассмеялся я. — Наниты в тебе мои. И собаку никто не допустит до управления страной.

«Жаль! Я бы…»

Дослушивать мечты Арчи я не стал. Наверняка пес мог бы еще долго придумывать, как здорово бы он все устроил. И, может быть, в его мире нашлось бы место некоторым людям. Но это не точно.

— В нем? — первая опомнилась Лена, ткнув пальцем в Арчи.

— Именно! Не модифицированная часть колонии. Так, что легко подтвердит право.

Девчонки рассмеялись. Я тоже улыбался. Мне нравилось, как начиналось утро. Отличный будет денек!

Дверь распахнула, и в комнате разом стало тесно.

Грач с кем-то ругался, старался не впустить внутрь.

Я расслышал голос Орла и Данила.

— Впусти их. Я в порядке! — крикнул я своему лечащему врачу.

— Очнулся!

— Жив-здоров!

На разные лады принялись радоваться мои товарищи.

Обниматься не стали. Таня никого не пустила, памятуя о прорыве Лены. Грач поддержал ее, и Орёл с Данилом остановились, едва войдя в комнату.