Зато плацу явно доставалось. То тут, то там бетон окрашивался в черный. Появились звуки. Треск, частые щелчки в момент возникновения новых веток. Молнии множились.

— Теперь понял, почему мы ушли от зданий? — перекрывая уже довольно сильный гул, спросила Лара.

Я кивнул, не рассчитывая, что она увидит это.

Тонкое белое плетение вдруг собралось в один толстый жгут и с грохотом ударило в землю, начало извиваться, уходя куда-то к облакам. Яркий белый столп продержался несколько секунд и вновь рассыпался на ветвистые разряды.

— Что-то не так? — крикнул я в ухо Ларе, потому что грохот стоял такой, словно наблюдаешь за проносящимся мимо товарным составом поезда, стоя под мостом.

— Не с первого раза бывает пробивает! — крикнула в ответ девушка.

Грыыщщц!!!

Проскрежетали разряды, вновь собираясь в единую светящуюся ветвь.

Где-то вдалеке сверкнуло.

Молния изогнулась и на этот раз ударила в землю, словно с разбега.

Я почувствовал, как земля под ногами дрогнула.

Из палаток и жилых корпусов уже высыпали люди, появился и Орел. Я видел, как он отдавал приказы, успокаивая ребят.

На горизонте снова засверкало.

— Что это⁈

— Не знаю! — ответила Лара. — Может быть, вторичные эффекты!

Ослепительный ствол толщиной в приличное дерево разбил бетон в метре от нас. Молния уже добралась до земли, теперь принялась пускать корни.

Видимая реальность колыхнулась, словно изгибаясь.

Я видел, как приобрели нереальные очертания сторожевые башни, как кривятся наблюдающие за нами люди, словно их сфотографировали широкоугольным объективом, а потом заставили картинку пойти рябью.

Грань между мирами разорвало.

— Есть! — довольно воскликнула Лара.

Сквозь ослепляющий свет разлома я почти ничего не видел.

Лара схватила меня за руку и потянула за собой. Я почувствовал, как девушка передо мной словно куда-то проваливается, утягивая меня следом.

В самый последний момент я увидел, как на горизонте, в том мире, который мы покидали, возникла молния и, ударив в землю, замерла, трясясь и искривляясь.

— Нет! — только и успел крикнуть я, проваливаясь в черноту.

И тут же почувствовал дикий холод.

Упал, сгруппировался, перекатился, встал на одно колено и замер.

Вокруг был снег.

Глубокий, сантиметров тридцать, и чертовски холодный. Рядом со мной заворочалась Лара. Она явно приземлилась не так удачно.

Я поднял взгляд. Перед глазами все плыло, двоилось. Желтая череда огней казалась светящимися звездочками, идущими одна за другой. Они словно двигались.

Озябшие руки не хотели сжиматься в кулаки, пальцы уже подзадубели.

Я протер глаза. Бегущие огоньки оказались огромной гирляндой, натянутой между столбов. Цепочка вспыхивающих друг за дружкой лампочек опоясывала всю площадь. В самом центре стояла елка.