Более же я никого из людей в этот момент не заметил, а потому, благо, вряд ли хоть кто-то снял этот позор на видео.

Тем не менее я всё равно был крайне раздражённым. И не менее уставшим. Ещё и в целом настроение после всего произошедшего до ужаса паршивое.

Но… работу никто не отменял.

Поэтому, сев в подъехавшее чуть позже такси, я направился домой. Дома же закинул испачканную одежду в стирку, быстро принял душ, переоделся в чистую одежду и закинул в рот еду с максимальным содержанием белков и калорий. И только после этого направился на работу, на которую уже опаздывал на целых пятнадцать минут.

Когда же я, наконец, оказался на своём рабочем месте, моё опоздание перевалило за целых тридцать минут, и из-за этого…

— Какого хрена ты опаздываешь на третий рабочий день⁈ — закричала на меня замком, стоило мне зайти внутрь кабинета. — Думаешь, раз выделился в первый рабочий день, то теперь тебе всё позволено⁈

Ну а далее пошла стандартная дрочь опоздавшего работника, к которому вышестоящий питает исключительно негативные чувства. Короче, отыгралась она на мне здорово, даже не обращая внимания на мой не то что ужасный, а скорее даже ненормальный внешний вид. Лишь после того, как её гневная тирада закончилась, а я в очередной раз признал свою вину, она обратила на это своё внимание, спросив:

— И что это вообще с тобой⁈ Почему ты так ужасно выглядишь⁈

После этого пришлось ещё и по этому поводу перед ней оправдываться. Радует, что хоть это её заботило в разы меньше, чем моё опоздание, а потому с этим мы закончили куда быстрее и мне даже толком не пришлось ничего выдумывать.

А когда же с этим всем было покончено — меня, наконец, отправили в патруль. И, к моему большому сожалению, так как Кит не вышел на работу и сегодня, моим напарником вновь оказался сранный Гарри, терпеть которого у меня уже не было никаких сил. Тем не менее мне всё равно приходилось это делать.

И у меня это, в принципе, относительно легко выходило, пока в один момент я не попросил его заехать за едой в какой-нибудь ближайший фастфуд ресторан, дабы восполнить целую кучу утраченного за сегодня биоматериала.

— Вообще-то во время патрулирования у нас нет перерывов, — с очевиднейшим призрением, будто объясняя нечто очевиднейшее глупому ребёнку, произнёс он.

После этого у меня чуть не сдали нервы и я не высказал ему всё, что думаю о нём в самой грубой форме. Однако, не знаю каким чудом, но я всё-таки сдержался, промолчав, и мы спокойно, молча, поехали дальше. И прокатались мы так, почти ничего не говоря, аж до самого конца смены, за которую, кстати, снова абсолютно ничего не произошло. Ну это если говорить касательно работы.