В очередной за сегодня раз появилось ощущение, как я вытягиваю нечто из тел убитых, а после… даже всхожу на четвёртую ступень второго этажа. Тем не менее, эти ощущения испытываются лишь где-то совсем на грани сознания. На них даже не уделяется мгновение.

Весь мозг в тот момент был забит исключительно анализом одержимой и сражением с ней.

Понимая, что из-за дополнительных рисков ни в коем случае нельзя оставаться снаружи, я сделал рывок во внутрь комнаты, совершая при этом выстрел за выстрелом в одержимую и в это же мгновение бегло осматривая комнату в поисках других одержимых. И убедившись же, что их там более нет, моё внимание вновь сконцентрировалось на той самой одержимой, которая к этому моменту отпрыгнула назад и начала в буквальном смысле убегать от пуль, что летели в неё и в итоге врезали в стены. Так, постепенно, она начала заходить ко мне в левый бок. А я, пытаясь не дать себя зажать, продолжал двигаться вперёд, из-за чего мы вскоре, считай, поменялись местами.

И в этот момент я во всю думал, почему одержимая не использует свой Дар. Но стоило же ей оказаться спиной к двери, как она хищно и очень самодовольно улыбнулась, и я тут же понял, чего она добивалась — она перекрыла мне одну единственную возможность побега.

— Вот теперь поиграем… — произнесла она.

А уже в следующее мгновение… её стало три.

Вот была она одна, прикрывающая собой дверь, а вот, спустя мгновение, по обе стороны от неё появились её точные копии — столь же фигуристые, совершенно обнажённые и излучающие очевиднейшую опасность. И я не знаю, что это именно такое было — иллюзии, клоны или нечто иное, — но они тут же исчезли, стоило Катрин, почти сразу после их появления, разрядить изначальной одержимой в спину все имеющиеся у неё в магазине патроны.

Вздрагивая всем телом от каждого выстрела, разбрызгивала она во все стороны кровь, пока её красивое и хищное лицо в этот момент исказилось в ужасающей боли. И так было до того момента, покуда у Катрин не закончились патроны, а тело девушки, наконец, не опало на пол, и я не сделал три выстрела в её голову, завершая её мучения.

Но на этом, к сожалению, всё было не кончено.

Разумеется, та идущая нам навстречу группа одержимых, от которых мы и собирались тут прятаться, услышали эти выстрелы. Мы оба с Катрин это понимали. А потому Катрин тут же зашла внутрь, закрыла за собой дверь и, выкинув на пол винтовку, взялась за пистолет, целясь в сторону двери. А я же в этот момент отошёл назад и скрылся за диваном, после чего так же отбросил винтовку в сторону и взялся за пистолет. Но вместо того, чтобы целиться в дверь в ожидании, когда она откроется, чтобы тут же сделать выстрел, я спрятался.