— И в чём же причина?..

— А вот тут самое интересное. Изначально я не могла выстроить даже примерные, более-менее реалистичные предположения о происхождении твоих странных показателей. Однако теперь, видя эти изменения и к чему они ведут, я наконец поняла, что допустила одну критическую ошибку ещё в день нашего знакомства.

— Не понял…

— Я поверила тебе на слово о твоём Даре, как ты его называешь, «Душелова».

— Но я не вру. Ты же сама видишь, какой у меня прогресс за такие сроки.

— Вижу. И знаю, что ты не врёшь. Дело в том, что ты сам не осознаёшь, что это такое. И сейчас я тебе это как раз объясняю. Поэтому, пожалуйста, не перебивай и дай мне рассказать обо всём по порядку.

Замолчав, я кивнул.

— Так, давай с банального вопроса: чем отличается развитие людей с Дарами, одержимых и демонов друг от друга? Можно, как ты любишь, максимально кратко.

— Выходит, затыкаешь и сразу же просишь что-то сказать? — слегка ухмыльнулся я.

— Рада, что ты приходишь в себя, но давай сейчас будем всё же более серьёзными.

— Как скажешь. Различия, значит, нужны… и лаконично. В таком случае всё просто — людям нужно практиковаться в развитии Даров, постоянно применяя их и учась при этом контролировать своих «внутренних демонов», чтобы не стать одержимыми. Одержимым же в этом плане проще — им достаточно просто практиковаться в использовании Даров, не концентрируясь ещё и на контроле своих внутренних желаний. А демоны… они становятся сильнее, когда убивают… дру-гих… — дошло до меня. — Иначе говоря… мой Дар «Душелова»…

— Это не твой Дар. Не знаю, как такое может быть, но ты, подобно демонам, становишься сильнее, убивая других. А поглощаешь ты, конечно же, не их души. То, что ты вытягиваешь из тел убитых тобой — это источники их радиации, до этого хранящаяся в их телах, что после их смерти ты неким образом рефлекторно втягиваешь в себя. Это же подтверждается изменением твоего ментального состояния вслед за изменением физического состояния. Ведь, как известно, демоны, в отличие от пестрящих эмоциями и желаниями одержимых, ничего не чувствуют. Всё, что можно записать в их и без того крайне скудные и поверхностные «эмоции» — это рефлексы, сохранившиеся в их телах, что прежде были обычными животными и людьми.

— Стой… выходит… я из-за этого ничего не чувствую по отношению к смерти Катрин? Хотя раньше, уверен, я бы наверняка испытывал из-за этого сожаления. Иначе говоря, развиваясь… я становлюсь демоном?..

— К сожалению, на это очень сложно конкретно ответить «да» или «нет». Скорее…

— Да или нет⁈ — резко вспылив, надавил я.