От этого на него словно волной накатило ещё больше чувств. Но вместе с ними пришёл уже буквально кричащий во всём его теле инстинкт выживания. А дальше всё словно как в тумане — он вроде понимал, что происходит, но словно смотрел на всё это со стороны, не в силах на что-либо повлиять.

Когда же всё пришло в норму — он, сжавшись, сидел весь заплаканный в холодном поту в самом тёмном и далёком углу подвала, не переставая при этом дрожать и шмыгать носом. Однако, даже придя в себя, он не вылез обратно, продолжая сидеть в подвале и бояться того, что может поджидать его сверху.

Так прошло неизвестно сколько времени, прежде чем он, долгое время прислушиваясь, всё же решил вылезти из подвала. Дома, как оказалось, всё было точно так же, как и до этого. И с улицы тоже более не доносилось никаких звуков. Тем не менее он ещё долгое время старался даже лишний раз не дышать. А успокоился лишь тогда, когда решил приоткрыть дверь, выглянув на улицу, где в итоге никого не оказалось и всё было как обычно.

Изменилось тогда разве что одно — время суток. Если залезал прятаться в подвал он ранним вечером, то в тот момент времени наступал уже обед. Впрочем, для него это в ближайшее время меняло лишь одно — нужду было как можно быстрее поправить сработавшую сигнализацию, чтобы в случае чего она вновь подала знак, и он смог спастись в подвале.

Это он сделал довольно скоро, действуя при этом очень быстро — совсем не так, как его учили родители. Это почти вылилось в то, что его заметил демон — благо, вскоре он уже оказался дома и угроза миновала. Вот только он вновь оказался в доме один на один со своими ужасными мыслями, что овладевали им.

И следующие несколько дней, пока запасы еды ещё позволяли, он оставался с ними наедине в доме, не переставая дрожать и плакать, буквально захлёбываясь слезами и соплями. За всё это время никто из его родителей так и не вернулся домой, зато то существо ещё не раз подходило к дому, из-за чего он каждый раз тут же прятался в подвал, а на следующий день выходил и поправлял сигнализацию, вновь запираясь дома.

Так было до того момента, пока еда не закончилась окончательно, что и являлось знаком для последнего пункта в инструкции родителей. И этот пункт был самым непонятным для него. Но выполнить он его должен был — об этом просили его родители, и в этом он клялся им.

Поэтому, сделав факел, как учили родители, и взяв его вместе с собой и с зажигалкой, он направился к маяку. Когда же он оказался подле него, всё его тело буквально кричало, чтобы он и не думал к нему подходить, ведь родители не раз ему показывали, каков истинный облик маяка, и не раз объясняли, насколько он опасен. К тому же… они, взрослые обладатели Даров, сами пропали там, что в свою очередь нагнетало его больше всего остального.