— Звони. Посмотрим, что они скажут. Знаешь, сколько нынче дают за попытку изнасилования? А за попытку его сокрыть, с использованием служебного положения?

Парень ойкнул, а женщина вытаращилась на меня.

— Сокрыть? Да что тут скрывать? Какая-то шлюха кричит, что её за жопу полапали. На массаже! Доказательства у неё какие? Слово против слова⁈

Тонкий момент, согласен. Но это он только для суда может стать тонким. Полицейские ещё любят по этой же причине такие дела отсылать нахрен. Чтобы статистику им не портили. Потому как, если не выйдет доказать, начальник даст по шапке. Прокурорские тоже не погладят. Процент раскрываемости, который должен вечно расти и никак не может падать, на спад пойдёт. Вселенская проблема из-за одной бумажки.

Да и вообще, чтобы с таким делом разобраться, нужно реально пахать. Плюс быть специалистом. А где взять время на погружение, даже если у тебя есть желание? Когда некомплект жутчайший и наверху всем плевать на реальность. Им циферки красивые подавай.

Всё это промелькнуло в голове за какую-то секунду. Я же застыл в немом удивлении. Никогда ведь не имел отношения к полиции. Даже не задумывался об этой их внутренней кухне. Так откуда тогда всё это взялось? Такое ощущение, будто я в этой системе отпахал лет двадцать, став угрюмым, ни во что не верящим алкоголиком, которому класть с пробором на любой криминал, если там не светит бабло или перепихон с потерпевшей, либо подозреваемой.

Тьфу ты. Гадость какая в голову лезет. Откуда только?

— Ты чего башкой своей крутишь? Забирай их и валите отсюда. Телефон только оставьте для компенсации.

Что-то проговорила Беатрис. За спиной послышался шёпот Василия. Зазвенел голос Влады. У меня же внутри, как будто забил вулкан, начавший извержение гнева.

Я шагнул вперёд, чувствуя как раскаляется от потока силы позвоночник и энергия течёт к глазам.

— Ты омерзительна. Тварь, которая недостойна жизни.

Женщина тихо взвизгнула, прижавшись спиной к стене. Я же направил силу к правой руке, готовясь создать шпагу и располовинить её надвое.

— Смилуйтесь, Ваше Златешейство! Не губите заблудшую душу!

Медленно повернулся. Мужчина. В возрасте и со странными ушами. Глаза вертикальные. На меня правда он не смотрел — только мельком мазнул взглядом и тут же рухнул на колени, впечатавшись лбом в пол.

— Пощадите! Хотите, уволю их сегодня же. Всех тут уволю. Давно надо было чистки устроить.

— Ты что творишь, гусар? Приди в себя, мурр! ОЧНИСЬ!

Ментальный вопль Беатрис, который видимо был нацелен только на мой разум, наконец добрался до адресата. Я её услышал. А заодно немного пришёл в себя. Осознав, что собирался натворить.